СУББОТИН ФЁДОР ЕВСТАФЬЕВИЧ (1913 – 1987)

Почти всё написанное Фёдором Субботиным за долгие годы писательского труда (а это почти 60 лет!), укладывается в одно обширное эпическое полотно – в его главную книгу «Вербы». Да, все его предшествовавшие роману «Вербы» книги очерков и рассказов (а это и «Земляки», и «Крутой подъём», и «Холодные зори», и «Настя Жигарёва», и «В ильмене Широкова»), – всё то, что было написано им за четверть века. А писать Субботин начал рано, ещё до войны он стал публиковаться в «Пионерской правде», в «Крестьянской газете», в астраханском «Коммунисте». Окончив школу селькоров в Москве, он стал профессиональным журналистом. Так вот, повторяю, всё это, написанное за долгие годы, почти без изменений и вошло в его роман-дилогию «Вербы», состоящую из двух частей: «Любовь зовёт» и «Жаркая земля». Дилогия «Вербы» вышла в 1979 году и объединила их.

Роман «В августе сорок четвёртого…», названный позднее «Момент истины», был опубликован в 1974 году и сразу стал «настоящей бомбой». Конечно, о войне было написано много хороших книг, но такую войну ещё никто не описывал. Владимир Богомолов вывел на первый план работу контрразведки, группу «Смерш», используя в повествовании документы. Откуда автор узнал подробности этой службы? Кем же он был на самом деле? В интервью писатель-фронтовик говорил о себе уклончиво, не сообщал подробностей биографии или просто молчал.

К чему пришла, на что ориентирована современная отечественная литература? Куда и с какой целью она направляется? Как отличить подлинное сочинение от окололитературной поделки? О тенденциях текущего литературного процесса размышляет известный российский критик, ответственный секретарь литературно-художественного журнала «Подъем» (Воронеж) Вячеслав Лютый.

– Когда мы говорим о современной литературе разговор, как правило, упирается в те или иные имена. Хотя стоит, наверное, понять, куда движется литература в целом, обнаружить некую подложку под неё, которая – вне очевидности, скрыта. Произведение написано с элементом скандалёзности или патриотизма – мы механически отнесём первое к скандальной литературе, второе к патриотике, не замечая того, что у них есть, может, что-то общее: мелкость рассмотрения предмета, ракурс и т.д.