Неожиданно с азартом и отчасти с жутковатостью в сердце прочитал поэмы и стихи Велимира Хлебникова. Жаль, что так поздно для себя открываю его творчество, хотя Анатолий Пафнутьев, кандидат юридических наук, автор книг «Литературная мозаика» и «О русской литературе», убеждал меня это сделать ещё лет пятнадцать назад. Анатолий Иванович прекрасно знал русскую поэзию, включая её период экспериментов и скандалов начала двадцатого века: стихи Бенедикта Лившица, Давида Бурлюка, Алексея Кручёных, Елены Гуро… Но Председателя Земного шара (так называл себя Велимир Хлебников) он особенно выделял, неизменно подчёркивая – это большой поэт. И в доказательства приводил слова Владимира Маяковского, сказанные после смерти Хлебникова: «Его тихая гениальность тогда была для меня совершенно затемнена бурлящим Давидом». Давид – это Бурлюк.
