
На всероссийском литературном портале «День литературы» опубликован рассказ астраханского литератора Сергея Фёдорова «Прогноз погоды».

На всероссийском литературном портале «День литературы» опубликован рассказ астраханского литератора Сергея Фёдорова «Прогноз погоды».

До недавнего времени на нашу городскую окраину ходил маленький автобус «пазик». Когда в городе появились большие синие автобусы, его заменили на маршрутку. Хоть и современную, но по вместимости ещё меньшую. Часто на конечной остановке «пазик» подолгу стоял — график выдерживал. Или у водителя в это время был обед, перекур. Часто в «пазике» ездили одни и те же люди, в одно и то же время — на работу, на учёбу. Невольно можно было стать свидетелем чьих-то разговоров, обсуждений. Иногда женщинам и посплетничать нужно было, — как без этого? Вроде бы обычные житейские разговоры, а если вдуматься, за каждым — чья-то история, чья-то боль, обида, а иногда и чья-то хитрость, лукавство. Так и остались в памяти эти житейские истории — для кого-то смешные, для кого-то грустные…

Тем, кто сходит с ума от бессмысленности новостей о прилётах и количестве отражённых вражеских дронов, от тупой радости хохлов в соц. сетях о том, что «у русни подгорает», от топорной работы нашей гос. пропаганды, от неверия в победу твоей Армии, я бы рекомендовал оказаться на отпевании солдата…
Пусть это прозвучит цинично, но отпевать своих мы ещё будем долго. Потому что фронт не сблизился с тылом. Потому, что нытьё и неверие буквально накрывают страну, с которой власть так и не научилась говорить честно и открыто. А для здорового духа нации в дни испытаний и потерь доверие к власти и вера в армию становятся фактором не менее важным, чем военно-промышленный и политический. При этом заметьте, мы не отступаем. Мы просто идём слишком медленно. И народ наш, в целом согласный с тем, почему и за что мы воюем не только на фронте, но и в тылу, абсолютно не согласен с тем, как идёт СВО, и как власть имитирует перемены в стране…

При всей противоречивости и пылкости натуры (что многие списывали на чахотку, из-за которой Неистовый и умер, не дожив до «пушкинских» 37 лет), была одна неизменная черта — отношение к другому классику и свободолюбцу, Тарасу Шевченко. Нет, он отнюдь не возражал, чтобы сочинения с использованием малороссийских говоров приносили «пользу южнорусским простолюдинам-читателям». Но о Кобзаре он так писал основателю русской пушкинистики и другу Гоголя Павлу Анненкову:«Здравый смысл в Шевченке должен видеть осла, дурака и пошлеца, а сверх того — горького пьяницу, любителя горелки по патриотизму хохлацкому». Он говорил, что нарочитая «простота стиля» (а по-другому и не выходило, если писать только «по-хохлацки») не воспитывает южнорусского простолюдина, так и оставляет его провинциалом, не знающим ни Гоголя, ни Пушкина.

Лев Абрамович Кассиль — известный советский писатель, журналист, педагог, один из самых известных отечественных авторов, писавших для детей и юношества. Его имя неразрывно связано с классикой детской литературы. Книги «Кондуит и Швамбрания», «Дорогие мои мальчишки», «Будьте готовы, Ваше Высочество!», «Вратарь Республики», «Виликое противостояние», «Ход белой королевы», «Черемыш – брат героя», «Главное войско» уже несколько поколений помогают юным читателям открывать мир, учат дружбе, честности, ответственности и любви к Родине.

УТРО В РЕДАКЦИИ
Раннее утро и сотрудники ещё только подтягиваются, расходятся по своим рабочим местам, включают оргтехнику, перекладывают, наводя порядок, распечатки на столе. Кто‑то сразу, запустив компьютер, начинает набирать текст, кто‑то идёт за горячим утренним кофе — в воздухе уже витает привычный аромат свежесваренного эспрессо, смешиваясь с едва уловимым запахом тоннера жужжащих и выплевывающих листы принтеров. В этот момент в редакцию входит главный редактор — Надежда Васильевна Бережная. Её каблуки чеканят по полу уверенный ритм, а строгий взгляд мгновенно охватывает всё пространство.
— Народ! Через пять минут планёрка. Все ко мне в кабинет, не опаздываем — дел сегодня много, — бросает она на ходу и скрывается в своём офисе, плотно прикрыв за собой дверь.
Читать далее
БОРИС РЯБУХИН
ЕГО СТИХАМИ ГОВОРИЛО ВРЕМЯ
Стихами поэта Николая Асеева — одного из самых ярких представителей русского авангарда — говорило само время. А потом он был незаслуженно забыт. А ведь он был равным единомышленником и другом Владимира Маяковского, Велимира Хлебникова, Бориса Пастернака. Родился Николай Николаевич Асеев в 1889 году, в городе Льгове Курской тогда губернии, в семье страхового агента. Мать его рано умерла, поэтому воспитывался он в доме деда, заядлого охотника и рыболова, любителя народных песен и сказок. «Мальчонка провинциального городка, не барчук и не пролетарий», — так написал о себе Николай Асеев в книге «Моя жизнь», которую называл и «Путь в поэзию». Он окончил Курское реальное училище, поступил было в Коммерческий институт. Но увлёкся в Москве поэзией, перешел вольнослушателем на филологический факультет университета, где увидел В. Брюсова, А. Белого, Ф. Сологуба, Б.Пастернака.

Вначале скажу о, казалось бы, не самой главной составляющей «качества» любого текста – о том, как он представлен, то есть набран и оформлен автором. Это всегда довольно пространные рассуждения, но я пишу их, если вижу, что автору стоит напомнить, как должен выглядеть набираемый текст рукописи. Тем более это будет важно для тех совсем ещё молодых людей, которые будут далее пытаться пробовать себя на более сложных этапах литературного творчества – а именно, пробовать стать настоящими писателями.

Стихи астраханского поэта Юрия Щербакова опубликованы в Воронеже в литературно-художественном журнале «Подъём» (№7 июль 2026).

Моя бабуля Анастасия Яковлевна Журавлёва родилась по одним документам в 1895-м году, по другим в 1893-м. В девичестве имела фамилию Малыгина, в родне были и дворяне, и купеческое сословие. До 1922 года проживала в Саратовской губернии, в селе Балаково. Замуж она не хотела. Глубоко верующая христианка хотела остаться Христовой невестой, принять монашество, да революция 1917 года сломала уклад нашей семьи и всей России. Её почти насильно сосватали, выдали замуж в Астрахань, поближе к двоюродному дяде Кузьме и трём его сыновьям: Леониду, Ивану, Анатолию.