Лет пять назад на Арбате выставлялась на продажу квартира в доме 3 по Спасопесковскому переулку. Эту трёхкомнатную квартиру когда-то купил через жилищный кооператив Владимир Маяковский. Заплатил первый взнос. В предсмертной записке Маяковский назвал своей семьёй и Лилю Брик. «Лиля — люби меня», — добавил он. А потом обратился к «товарищу правительству» с просьбой устроить своим близким «сносную жизнь». «Товарищ правительство» подумало и записало квартиру на Лилю Юрьевну. Возможно, ошибочно посчитали Лилю женой Маяковского. Она прожила здесь до 1959 года. Квартира площадью 77, 4 кв. м. В советские годы в разные годы в этом доме жили первый советский нарком иностранных дел Георгий Чичерин, писатели Аркадий Гайдар, Валентин Катаев, Илья Сельвинский, рассказчик и писатель Ираклий Андроников, историк Натан Эйдельман,

12 июля 1941 года, то есть ровно 85 лет назад произошло знаменательное событие в ходе начальных месяцев Великой Отечественной войны, которое в определённой мере положило начало наших будущих славных побед под Сталинградом, на Орловско-Курской дуге и других. Помнит ли об этом наша молодёжь? Знает ли более старшее поколение? И, вообще, вы спросите, как всё это связано с литературой. Да, связано и – напрямую! Впрочем, обо всё по порядку

В последние годы разговоры о судьбе русской литературы напоминают светскую беседу на поминках: все говорят о покойном либо хорошо, либо «ситуация сложная, но стабильная». Издатели излучают сдержанный оптимизм, авторы ищут «своего читателя», а сам читатель тем временем уходит туда, где картинки движутся быстрее, чем он успевает забыть начало предложения. Главный парадокс современности: в книгу, как в духовную скрепу, верят все, а как в товар – только сумасшедшие. Издательская логика стала настолько прагматичной, что напоминает подход британского лорда к браку: чувств много, но сначала покажите выписку со счёта.

Тем, кто сходит с ума от бессмысленности новостей о прилётах и количестве отражённых вражеских дронов, от тупой радости хохлов в соц. сетях о том, что «у русни подгорает», от топорной работы нашей гос. пропаганды, от неверия в победу твоей Армии, я бы рекомендовал оказаться на отпевании солдата…
Пусть это прозвучит цинично, но отпевать своих мы ещё будем долго. Потому что фронт не сблизился с тылом. Потому, что нытьё и неверие буквально накрывают страну, с которой власть так и не научилась говорить честно и открыто. А для здорового духа нации в дни испытаний и потерь доверие к власти и вера в армию становятся фактором не менее важным, чем военно-промышленный и политический. При этом заметьте, мы не отступаем. Мы просто идём слишком медленно. И народ наш, в целом согласный с тем, почему и за что мы воюем не только на фронте, но и в тылу, абсолютно не согласен с тем, как идёт СВО, и как власть имитирует перемены в стране…