Если думаете, что власти нужны, чтобы обсундучивать бабло, — это то, что вы о себе самом думаете, если бы попали во власть. У властей ещё вал других обязанностей. Культуру взращивать, например. Чтобы было много разных фильмов, картин и книг. Возможны адресные ошибки, ничего не поделаешь, все люди, все ошибаются. Кто-то до сих пор считает «Чёрный квадрат» Малевича порталом в подземный мир, но эту хтонь министр культуры Швыдкой купил за миллион по ценам перестройки, показав уровень своей культуры, а также и способ рассеяния бюджетных средств. Его не только за «Квадрат» не судили, но даже замечания не сделали. Возможно, и потому, что не осталось сведущих насчёт «Квадрата» людей из Союза художников России, обезвреженных самым примитивным образом – их перестали замечать.

«В декабре на Съезде мы говорили о том, что будем менять критерии приема в Союз писателей России, — рассказал 1-й секретарь СПР. — Вчера эти критерии были опубликованы на сайте СПР. Принцип будет такой: для действующих членов Союза — переаттестация. Она носит довольно символический характер: надо заполнить анкету, получить членский билет нового образца. Для приема новых членов мы ужесточили правила. Просто так принимать больше никого не будем. Мы не заинтересованы в искусственном росте количества членов Союза писателей России. Мы должны быть элитной организацией… Наша задача, чтобы в Союзе писателей были те литераторы, чье творчество реально востребовано читателями и чей голос имеет вес».

Хотелось бы обратить ваше внимание, уважаемые читатели и коллеги, на некоторые моменты этой речи:

В последнее время я за снобизм. Сам снобизм стал во мне прорастать лет двадцать назад, может, и больше. Могу с точностью это утверждать. И вот по каким признакам. Я стал главным редактором литературного журнала. В редакцию приходил поток произведений. По неопытности и по простоте своей душевной, я с лёгкостью поддерживал молодых, начинающих авторов, хотя и поверхностным взглядом было видно – слабовато и до уровня ещё далеко! Но, похвалишь, подправишь и напечатаешь подборку стихотворений или прозаическое произведение. После публикации происходит чудо – ещё вчера начинающий неумеха, полусырая пышка надувается до пирога и начинает давать тебе советы и критиковать твои произведения, и начинает плести интриги против тебя же.

Некогда два исполина, могучий Каспий и величественный Кавказ скрепили союз Воды и Тверди клятвой, что станут домом сотням народов. Так в горниле земных недр родился горный край — Дагестан. Омываемый у подножия водами могучего Каспия, Дагестан вознёсся в небо вершинами самых молодых в Мире Кавказских гор. Поклялись тогда Каспий и Кавказ, что во веки вечные их народы будут жить в дружбе и согласии. И клятву эту исполины держат по сей день. Нелегка жизнь на Кавказе. Но люди научились справляться с трудностями. Испокон веков живут они строгими устоями предков, выверенными, сдавшими экзамен жизнью.

Существует ли в нынешнем книгоиздании связь между тиражом и качеством текста? В большинстве случаев нет. Но реальность нисколько не волнует»эффективных менеджеров», властвующих ныне в СПР. Из всех возможных инструментов определения творческой состоятельности писателей, ими избран самый примитивный — калькулятор. Тиражи, количество публикаций… Разные времена переживал наш Союз. Ныне наиболее опасный — обюрокрачивание и утрата творческой атмосферы.

Мы с сыном посмотрели в кино «Сказку о Царе Салтане» 2026, дожили до первого полёта комара. Дальше мы всё. Ну да, я повелась на картинки с эльфийским городом. Я слышала, что всё плохо, но не верила, что настолько. Восьмилетний мальчик ржал над луком, сделанным из кривой сухой палки, над кривой и суковатой стрелой, над лебедью Лох-несским чудовищем. А мне было ужасно грустно за изуродованный текст, убитую логику и не выучившего толком свои монологи Гвидона. Который немного Гвидион, а, значит, Арианрод и Блодейведд стоят невидимо за его плечами. Нет, понятно, что это другая сказка, но царевича Гвидона я все равно люблю странной любовью.

Сегодня модно ругать Запад, особенно на ТВ. Коварные, неискренние люди, уважающие лишь силу и ценящие лишь прибыль! Мы-то к ним всей душой, а они… Обманули! Сколько раз эти циничные русофобы предавали и нас, и другие народы. Да они других вообще за людей не считают! В недельной новостной программе Дмитрия Киселёва была представлена целая коллекция вопиющих случаев такого презрения и предательства. И это лишь за нынешний век, которого прошла всего четверть, а что было в прошлом – страшное дело. Наверное, всем этим нужно возмущаться и негодовать. Но мне как-то не негодуется. Это что – какая-то особенная новость? Неслыханное нечто? Так было с незапамятных времён.

Любопытство, говорят, не порок, и я, грешный, нет-нет да загляну под словесные и «лайковые» отклики на свои опусы, подвешенные в соцсетях: кто их оставляет? И каждый раз дивлюсь, что почти поголовно это… друзья по «каторге чувств», то бишь пииты. Поневоле тут сделаешь, как минимум, два вывода. Первый, что наш Александр Сергеевич действительно «наше всё», не только изрядный пиит, прозаик, историк, но и… пророк. И лишнее тому подтверждение строки в его «Памятнике», вам хорошо известные: «И славен буду я, доколь в подлунном мире // Жив будет хоть один пиит». Прежде я не раз спотыкался на них, думал: почему ж «пиит», а не «читатель», что было бы логичнее? Ведь поэты, вы знаете, не очень-то читают-почитают своих коллег. Недаром написал один из них: «У поэтов есть такой обычай: // В круг сойдясь, оплёвывать друг друга…».

На Первом канале идёт сериал «Павел. Первый и Последний». Понятно, что для воссоздания любой исторической коллизии без вымышленных обстоятельств и даже персонажей обойтись трудно. В конце концов это не документальные хроники, а художественное кино, но когда для пущей смотрибельности придумывается чёрт-те что, то начинает казаться, что создатели не видят ничего страшного в опошлении истории России. Это опасно особенно сейчас, когда страна наша в информационной осаде, когда не хватает опор и ориентиров, когда молодые люди не могут отличить правду от лжи.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СБОРНИКА

Сборник представляет собой лирическую антологию калмыцкой идентичности, где сквозными темами становятся: степь как национальный космос, защита родной земли, язык и память, воинская доблесть, гостеприимство, любовь к родине и близким. Перевод Юрия Щербакова (Астрахань) выполняет не просто межъязыковую, но и культурно-посредническую функцию: он сохраняет калмыцкие реалии (аранзал, бурханы, йерял, аршан, Эрлик-хан, Улан зала, оток, аймак, хотон, багши), поясняя их в сносках, что позволяет русскоязычному читателю войти в контекст степной цивилизации.