Больше ста лет назад, в 1889 году люди потребовали уважать свой тяжелый труд, призвали к единению всех, кто своими руками создает полезное и важное. С годами смысл менялся, но этот праздник остается важным для нас всех. Мы люди, мы работаем, отдыхаем и радуемся весне! Писательский труд очень сложен. Укрощение слова и украшение текста требуют невероятных усилий ума и сердца. Труд этот достоин уважения, как и любой другой. С праздником, друзья!
ВИКТОР АСТАФЬЕВ
БАБУШКА С МАЛИНОЙ
Рассказ
На сто первом километре толпа ягодников штурмует поезд Комарихинская — Тёплая гора. Поезд стоит здесь одну минуту. А ягодников тьма, и у всех посуда: кастрюли, вёдра, корзины, бидоны. И вся посуда полна. Малины на Урале — бери не переберёшь. Шумит, волнуется народ, гремит и трещит посуда — поезд стоит всего минуту. Но если бы поезд стоял полчаса, всё равно была бы давка и паника. Так уж устроены наши пассажиры — всем хочется быстрее попасть в вагон и там уж ворчать: «И чего стоит? Чего ждёт? Рабо-о-тнички!» У одного вагона гвалта и суеты особенно много. В узкую дверь тамбура пытаются влезть штук тридцать ребятишек, и среди них копошится старушонка. Она остреньким плечом «режет массы», достигает подножки, цепляясь за неё. Кто-то из ребят хватает её под мышки, пытаясь втащить наверх. Бабка подпрыгивает, как петушок, взгромождается на подножку, и в это время случается авария. Да что там авария — трагедия! Самая настоящая трагедия.
Читать далее
На деревьях к Маю распустились почки.
Мама красный бантик завязала дочке.
По Москве весенней улицей зелёной
Все несут на площадь красные знамёна.
Я не о стихах — и в наше время тоже были разные поэты — от откровенной бездари — до талантливых. В этих (как кто-то из либерастов назвал «трескучих») стихах-лозунгах — наша жизнь. И, надо сказать, жизнь абсолютно счастливая!
Читать далее
Я верю, что дети когда-то отмолят наши грехи… За это мы их неосознанно и любим… Но как же им тяжело сейчас! Тяжелее нашего в тысячу крат. Мы хотя бы получили в советской школе «прививку» справедливости и порядочности. Мы вырастали на фильмах «Девять дней одного года», «Доживём до понедельника», «Белый Бим чёрное ухо», «Калина Красная»… Мы читали стихи наизусть, мастерили скворечники, сдавали ГТО и собирали металлолом… Мы были заняты делом с утра до ночи в разных кружках и секциях, двор был моделью большой и дружной страны… Но самое главное — мы умели общаться и говорили на нормальном русском языке… Наше детство не было безоблачным и идеальным, но мы имели представление о чести и совести. Это точно. Каждый из тех, кому за 40 или 50, хорошо знает, что я нисколько не вру и даже не преувеличиваю…
Говорят, есть ряженые нищие. Говорят, у них есть целые конторы, которые контролируют то ли цыгане, то ли жулики. Говорят, есть очень богатые нищие. Напротив, приходилось слышать, что инвалидов и больных используют, чтобы зарабатывать на чужом милосердии капиталы, а самих попрошаек держат впроголодь для поддержания в «рабочем виде»… А ещё попрошайки обладают чутьём на людей добрых сердцем, потому про них говорят, что хозяева им чуть ли не специальные курсы психологии проводят. Говорят, говорят, говорят… Настоящим христианам до этих разговоров дела нет, потому как они подают милостыню не кому-то, а – по глубинной сути – самим себе. Более того, многим из них стыдно проходить мимо просящего помощи и не поделиться хотя бы какой-то частью своего иллюзорного богатства, потому как у настоящих христиан редко бывает настоящее богатство. Разве что – некий достаток… Что называется – кто и что считает достатком. Приходилось, правда, слышать и такое: это мои взносы в небесную кассу. Смешно… Невольно вспоминаешь об индульгенциях у католиков. Но эта история не об этом, эта история о… не такой.