
У родного мне по духу Шукшина есть лучший (после «Калины красной», разумеется) фильм «Печки-лавочки». И в нём есть фраза человека из начала 70-х, когда моё поколение слезало с горшка и становилось «октябрятами». Фраза о тревоге честного советского пахаря о времени будущего диктата денег. Тревога была не напрасной. Сейчас уже можно сказать, что деньги во многом победили государственную жизнь в России. Побеждён ли русский человек под гнётом денег, не могу сказать однозначно. Но то, что деформирован, — однозначно.
Фраза у Шукшина такая: «… Вот скажите, какая у нас сейчас главная установка? Сравнять город с деревней, верно? … А кто в городе регулирует жизнь? Рупь? Рупь. Так этот рубль и мне начинает мозги кособочить. Я тоже думаю, как мне его, голубчика, приласкать к себе, в гости позвать, так сказать… Но один маленький честный вопрос. Чем больше я буду зарабатывать, тем меньше я буду думать, чего после меня родится. Вот штука-то. А какой же это вопрос? Это уже ответ».
Это тревога думающего о будущем человека.
Способность думать не только о своём будущем, но и об общем, всегда отличала русского от западного.
Так было. Но сейчас мы живём в самой низшей (для кого-то высшей) точке диктата денег. Древняя традиция опасаться дьявольского культа «Золотого тельца» оказалась забытой напрочь.
О чём предупреждали древние? О том, что во имя золота человек может согласиться сначала погубить свою душу, а затем и своё будущее.
Мы с вами свидетели самоубийства из-за денег такой духовной страны, как Россия. Ведь пресловутая «сила духа» — это не внешняя «энергия», а бережно хранимая народом Традиция, согласно которой «Царство Божие внутри нас есть»…
Что там, в нас, кроме внутренностей?… Сейчас даже как-то неловко вспомнить… Но, если вспомнить себя взрослеющим честным ребёнком, то внутри нас было благородство и чистота помыслов, любовь к матери, к дому, к Отчизне…
Ещё в нас жила мечта в виде цели — стать героем. В детях это живо изначально. Во взрослой жизни цель может «скорректироваться» — спасти свою душу, заслужить прощение за ошибки и встретить смерть достойно.
То есть, целью отдельного человека и всего государства всегда было будущее.
Но никогда нашей целью не были деньги. Всё, что нужно было русскому человеку для жизни будущего века, он черпал из Традиции: из честного труда для хлеба, из почитания своих святынь, своих матерей, героев, побед, ими достигнутых…
Впервые в своей истории Россия живёт ради денег.
Про хлеб будущего как-то даже неловко напоминать… «О чём вы вообще? Будут деньги, будет и хлеб, и будущее. Все купим!»…
Особенно самоубийственно отношение государства к воспитанию будущего поколения вообще и — к школе и детям — в частности.
В детях государство видит всё, что угодно, но не своё будущее. Иначе бы государство так самоубийственно тупо не отказалось бы от Традиции воспитания в государственной школе хорошего, здорового и сильного духом человека.
Если и есть у нас будущее, то оно за этим человеком. Мы можем забыть о завтрашнем дне России, если не займёмся «очеловечиванием» государственной общеобразовательной школы. Без этого нет будущего.
А если мы даже на детях хотим бессовестно зарабатывать — всей мощью интернета, рекламы, шоу-бизнеса и — прости Господи! — бесконечных реформ, то завтра, то есть, в будущем, они не только не защитят Россию, они просто останутся без хлеба.
И не потому, что «деньги нельзя есть». А потому, что деньги не родят хлеб. Нужна элементарная любовь к земле, понимание ухода за ней. Чуткое сердце надо. Сыновняя хозяйская забота. Для доброго хлеба нужна доброта и сугубо человеческие качества.
Я вообще подозреваю, что только у хороших людей родится хороший хлеб.
Возможно, все дело в технологиях… Возможно. Мысль эта очевидная, но в отношении живого не работает. Живому нужна любовь.
Ведь это даже дураки теперь знают, что вкуснее хлеба, чем в родительском доме, ничего на свете нет. Только мамины пироги — самые пышные, ароматные и незабываемые во всю жизнь.
Есть такой труд и такие качества для него необходимые, что справиться может только хороший человек.
То же можно сказать и о труде учителя, о труде врача и военного. Здесь без хорошего человека не обойтись.