24 августа отмечает день рождения известный астраханский поэт Павел Радочинский. К этой знаменательной дате он подошёл в хорошей творческой форме, один за другим выпустив сборники стихотворений «Не замути колодца», «Месяцеслов» и «Ностальгия». В последний из них вошли его произведения, созданные в девяностых и нулевых годах и редко потом публиковавшиеся. По просьбе автора предлагаем некоторые из них вниманию читателей. Пусть это будет подарком нашему другу и коллеге! С днём рождения, Павел Петрович! Здоровья, благополучия и новых творческих удач!

ПАВЕЛ РАДОЧИНСКИЙ

Стихи из сборника «Ностальгия».

НОСТАЛЬГИЯ

Корням, питающим деревья,

Завидовать не вправе завязь.

Но если родина – деревня,

То почему на сердце зависть

К односельчанам одноверам,

Крестящимся на лес и гати?

Им не нужны для интерьера

Коса, пшеничный сноп да лапти.

И не щегол их будит в клетке –

Песнь петушиная на зорьке.

Им ветки за окном как ветки,

И ветры горькие не горьки.

И вдосталь им российской шири,

Что предки гордые вспахали.

…Уеду от щегла в квартире

К себе –

в деревню с петухами!

* * *

В деревне я поэт:

Ночами напролёт

Мелодию сверчка

Переношу в тетрадки.

А что до отпускных

Дневных моих забот –

Старательно полю

И поливаю грядки.

Блажен крестьянский труд,

Я здесь большой мастак.

Никто не упрекнёт

Меня природной ленью.

Свистит моя коса:

«Всё так, всё так, всё так», –

На росном на лугу,

Как ритм стихотворенья!

* * *

Сестре Жене

Ни ерика, ни деревца.

Кругом полынь да солнца замять.

О, как полынная пыльца

Умеет будоражить память!

За тою глиняной грядой,

Я вспомнил, озеро степное.

Там напрочь отступает зной,

И сердце попусту не ноет.

Там камыши в седой глуши

Оберегают хор квакушек.

О, как умеют камыши

Лечить тоскующую душу!

* * *

Н. Сысуеву

Жизни первая страница –

Усть-Лабинская станица.

Там в безоблачье струится

Стая белых лебедей.

– Мама, папа, почему так

Пролетают низко птицы?

– А чего же им бояться

В поселении людей?

Перевёрнута страница.

Уезжаем из станицы.

Кто же в город не стремится:

Там и лебеди в пруду.

– Мама, папа, почему же

Не летают эти птицы?

– Люди неба их лишили

Чтобы жили на виду.

Никогда не повторится,

Видно, первая страница…

Ходим с сыном по станице,

Видим стаю лебедей.

– Мама, папа, почему так

Высоко летают птицы?

– Значит кто-то напугал их

В поселении людей…

* * *

Усталость высохшего сада

По-над рекой.

Живёт за ветхою оградой

Старик с клюкой.

Из низенькой убогой хатки

В день раз иль два

Выходит он походкой шаткой

Едва-едва.

Оцепенелым безразличьем

Наполнен взгляд.

Так голосам внимает птичьим

Засохший сад.

Так к небесам взывает божьим

Бескрестый храм.

…И горек путь по бездорожью

К людским сердцам.

* * *

Если враг меня обманет,

То не радуется пусть:

Для меня опорой станет

Необманутая Русь.

Грянет день: скажи лишь слово,

И откликнется в ответ

С поля древнего донского

Светлый инок Пересвет.

Рано вздумал веселиться

Иноземный супостат –

Богатырские десницы

На мечах уже лежат!

И пускай на поле битвы

С плеч слетит моя глава.

Об одном мои молитвы:

Лишь бы Русь была жива.

* * *

Двадцатый век. Средневековье.

Век атома. Век топора.

Людской немерянною кровью

Пропитана земли кора.

Века, засеянные ложью,

На перекрестии эпох…

Куда идём по бездорожью?

Когда скитаньям нашим срок?

Чечня, Будённовск, Приднестровье…

Каких времён идёт пора?

Двадцатый век? Средневековье?

Век атома? Век топора?

* * *

Святыни сокруша,

Познал ли ты при этом,

Что состоит душа

Из света?

Её нельзя убить!

Недаром после битвы

Нас тянет водку пить

Или творить молитвы…

* * *

Мелеют реки и моря.

И мы встречаем, словно чудо,

Над степью вскинутый маяк.

Он здесь откуда?

Среди кургановых могил,

Скрывающих веками тайны,

Случайный он ориентир

Иль не случайный?

Но не случайно в этот час

Так от него тревогой веет.

У нераскаявшихся нас

Сердца мелеют.

* * *

Друг твердит одно и то же,

Что богатство наш кумир,

Сомневаться, мол, негоже,

Эта мысль стара, как мир.

Мысль стара, он прав, быть может.

А вот мир… в сомненье я:

Лезет мир из старой кожи,

Как бессмертная змея!

* * *

Столько зла сотворили на свете,

Что уже и Господь не простит.

Нас развеет космический ветер

Чёрным пеплом на Млечном Пути.

Ну, а если Господь помягчает,

Возродит нас, забыв о былом,

Неужели и в новом Начале

Прорастём мы безудержным злом?

* * *

Слова летают, словно птицы,

И прорастают, как зерно.

Но с ними перевоплотиться

Не многим избранным дано.

А остальным? Свои тетради

Целуем трепетным стилом

Не славы ради –

Слова ради

Мы дышим, веруем –

Живём!

* * *

Зёрна истины

Так малочисленны.

Столько в пыль

Шелухи перетрёшь,

Прежде чем

Доберёшься до истины

И заставишь

Ответствовать ложь!

* * *

Что нравственно,

То и жестоко.

Не потому ли

Век жесток,

Что в небесах

Мы ищем Бога,

Когда он в каждом сердце –

Бог.

* * *

То мы народ.

То мы толпа.

То – цвет,

То – пушечное мясо.

И где наш путь,

А где тропа,

Подскажет сердце…

Или разум?

* * *

Меня не обольщает вид

Цветущего чужого края,

Где по душам душа живая

Со мною не поговорит.

И что мне яркий колорит,

Похожий на чертоги рая?

Я родину не выбираю –

Она в душе моей царит.

* * *

Что за сон? И не бред, и не дрёма

С чередой запрокинутых лиц,

С многолюдьем холодного дома,

С многогласьем кровавых страниц.

Наважденьем туманится разум,

Но как первый весенний ручей

Все слышнее тревожная фраза,

Все пронзительней возглас:

– Ты чей?

– Чей ты?..

В воздухе клейкая влага.

Прилипают слова к языку,

И намокшая рвётся бумага,

Только ручка выводит строку.

* * *

А ночью дождичек прошёл.

Его я слышал, но не вышел.

Дремать так было хорошо

На сеновальчике под крышей.

Звенели капельки воды

Подобно девичьему смеху.

И прославлял на все лады

Сверчок обжитую застреху…

Проснулся я в глухой тиши.

И мир являя постепенно,

Мне сладко голову кружил

Овчины дух и запах сена.

Заметно прояснилась ночь.

Звала, манила сквозь прореху,

Так было улежать невмочь –

Я встал и поспешил на реку,

Туда, где поздняя звезда

В рассвет дорожку проторила,

Где отторгала твердь вода,

Как в пору сотворенья мира.

* * *

За причалом светится

Зыбкая вода.

В колыбельке месяца

Поздняя звезда.

Колыбель качается

С краешка на край.

В море отражается:

«Баюшки, бай, бай».

Рыбы поднимаются

К ней из глубины.

И хвостом касаются

Молодой луны.

Воедино слитые

Небо и вода…

Песня позабытая.

Поздняя звезда.

* * *

Из какой такой берлоги,

И в каком году

Вышли Гоги и Магоги

Людям на беду?

Хоть об этом в нашу пору –

Только древний сказ,

Век Содома и Гоморры

Испытует нас

Современностью печальной…

Но за годом год

Время бабкой повивальной

Терпеливо ждёт…

НАДПИСЬ НА МОГИЛЬНОЙ ПЛИТЕ

В разгадках тайны бытия

Прошла вся жизнь моя.

Теперь считают все, что я –

Загадка бытия.

УРОК

Мой пращур был умён и боек:

В пещерном классе у огня

Не получал он точно двоек –

Иначе б не было меня!

***

Прекрасна муха в янтаре

И в августе, и в январе…

ПРОТИВОРЕЧИЯ

И крепкие ломаются,

И хилые сильнеют,

И цены повышаются,

И чувства дешевеют.

* * *

Прилюдно каяться не грех.

Но почему же, Боже Правый,

Перед толпою пир кровавый

Похож бывает на успех?

Октябрь 1993 г.

ВЕЧЕРНИЙ ЭТЮД

Уже сверчок запел. Уже

Померкли радуги растений,

И слились воедино тени

На горизонтовой меже.

Уже впитали небеса

Последний блеск шумливых речек,

Торжественных берёзок свечи

Погасли в рощах и лесах.

Но в каждом трепете звезды

В ночном искристом хороводе

Ужели вы не узнаёте

Берёзок свет и блеск воды?

КИЛИНЧИ

Здесь всё срослось с седою стариной:

И белый свет, и отблески на лицах.

Такое не приобретёшь в столицах,

А только тут, в глубинке областной.

Кругом идёт вселенская гроза,

И ливни с неба катятся рекою.

А люди зрят опасности в глаза

И ловят злые молнии рукою.

В ДОЗОРЕ

Как зимний воздух свеж и густ,

Как снег искристо бел!

Не может быть, что этот куст –

Свидетель тайных дел!

Светла моя лесная Русь!

Но так устроен свет:

На высверке мышиных бус –

Глубокий лисий след.

И, автомат, поправив свой,

Иду я, строг и тих.

Чу, за контрольной полосой –

Сорочий переклик.

* * *

Отгомонили гамаюны.

Они певали без струны.

Об этом повествуют руны

Вконец разрушенной страны.

А мы, потомки поколений,

Бесславно канувших во тьму,

Уже не слышим песнопений,

Согласных сердцу и уму.

И сколько классику ни слушай,

И как напрасно ни пружинь:

Нам джаз и рок смутили души,

И опростили нашу жизнь.

Но души рвутся из неволи,

И начинают понимать,

Что птичье пенье, лес да поле

И есть Господня благодать!

КАЗАЧЬЯ МОЛИТВА

Храни, Господь, отца и мать,

А также всех родных и присных,

Но, главное, храни Отчизну,

Чтобы её минула рать.

А если неизбежна сечь

За то, что сердцу вечно мило,

Господь, даруй мне вещей силы,

Чтоб крепче Родину беречь.

10 ФЕВРАЛЯ

Заунывными всхлипами вьюга

Завивает жгуты на снегу.

Слышу голос:

«Я к Вашим услугам!

Ах, простить Вас?

Увы, не смогу»!

Секундантов застывшие лица.

Скрип шагов возвещает – пора!

А над Чёрною речкою птицы

Чёрной тучей кружатся с утра.

Выстрел щёлкнул негромко и сухо…

Я проснулся, теперь не усну –

Вместо фразы: «Я к Вашим услугам», –

Слышу только: «Я к Вашим услу…»

НА ОТМЕНУ ГРАФЫ

«НАЦИОНАЛЬНОСТЬ»

В ПАСПОРТЕ РОССИИ

…Но пред друзьями, грек он иль татарин,

Я и сейчас душой не покривлю:

Я русский, я сугубо русский парень

И больше русых девушек люблю.

Но разве это повод для раздора?

Я счастлив, что мне в юные года

Грамматику преподавала Дора,

А русскую словесность Фарида.

Их имена в моих навеки святцах,

Как мать с отцом. А как иначе жить?

За их покой с врагом готов сражаться,

И если надо, голову сложить.

Да, русский человек он тем и гордый,

Что выстоит пред сапой и мечом.

А негодяев бьёт всегда по морде,

И паспорт здесь, поверьте, ни при чём!

Поделиться: