
Василий Иванович Лебедев-Кумач родился в 1898 году в Москве в семье сапожника-кустаря. Работал в бюро печати управления Реввоенсовета и в военном отделе «АгитРОСТА». Свои первые стихи опубликовал в малотиражном московском журнале «Гермес». В начале литературной деятельности писал в основном сатирические стихи, рассказы, фельетоны. С 1918 года сотрудничал с газетами «Беднота», «Гудок», «Рабочая газета», «Крестьянская газета», «Красноармеец», позднее — в журнале «Крокодил». В 1925 году вышли в свет два его сборника «Развод» и «Чаинки в блюдце», а в 1927 году ещё два сборника — «Печальные улыбки» и «Людишки и делишки». Член Союза писателей СССР с 1934 года. Депутат Верховного совета РСФСР с 1938 года.
В 1939 году в качестве офицера РККА участвовал в походе на Западную Украину и в Западную Белоруссию. Во время советско-финской и Великой Отечественной войны служил в ВМФ, был сотрудником газеты «Красный флот». В мае 1941 года критик М. Беккер, разбирая в журнале «Октябрь» стихи и песни Лебедева-Кумача, писал: «Лебедев-Кумач, как никто из советских поэтов, передаёт песенной строкой чувство молодости, присущее людям сталинской эпохи. Его бесспорной заслугой является создание жанра жизнерадостной песни. Бодростью веет от каждой её строки» …
Во второй половине 40-х годов здоровье Лебедева-Кумача пошатнулось. Он перенёс несколько инфарктов. Последней его работой стало написание текстов песен к кинофильму «Первая перчатка» 1946 года — «Закаляйся», «На лодке» и «Во всём нужна сноровка» — на музыку Василия Соловьёва-Седого.
Скончался поэт-песенник 20 февраля 1949 года. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.
Память о нем живёт в песнях, слова которых он сочинил и которые звучали воистину «от Москвы до самых до окраин». Вспомним его «Марш весёлых ребят» из фильма Григория Александрова («Легко на сердце от песни весёлой», музыка Исаака Дунаевского), «Москва майская» («Утро красит нежным светом стены древнего Кремля). И, конечно же, «Священную войну». Через два дня после начала войны, 24 июня 1941 года, одновременно в газетах «Известия» и «Красная звезда» был опубликован текст песни «Священная война» за подписью Лебедева-Кумача. Музыку в тот же день сочинил руководитель ансамбля песни и пляски Красной армии Александр Васильевич Александров.
26 июня 1941 года на Белорусском вокзале Москвы ансамбль впервые исполнил этот гимн войны. И выехал на фронт.
С 15 октября 1941 года «Священная война» стала ежедневно звучать по всесоюзному радио, каждое утро после боя кремлёвских курантов. Песня приобрела массовую популярность на фронтах Великой Отечественной войны и поддерживала боевой дух в войсках, особенно в тяжёлых оборонительных боях.
СВЯЩЕННАЯ ВОЙНА
Вставай, страна огромная,
Вставай на смертный бой
С фашистской силой тёмною,
С проклятою ордой!
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна, —
Идёт война народная,
Священная война!..
Как два различных полюса,
Во всём враждебны мы:
За свет и мир мы боремся,
Они — за царство тьмы.
Дадим отпор душителям
Всех пламенных идей,
Насильникам, грабителям,
Мучителям людей!
Не смеют крылья чёрные
Над Родиной летать,
Поля её просторные
Не смеет враг топтать!
Гнилой фашистской нечисти
Загоним пулю в лоб,
Отребью человечества
Сколотим крепкий гроб!
Встаёт страна огромная,
Встаёт на смертный бой
С фашистской силой тёмною,
С проклятою ордой.
Пусть ярость благородная
Вскипает, как волна,
Идёт война народная,
Священная война!..
Песня часто и с успехом исполнялась Краснознамённым ансамблем песни и пляски Советской Армии имени Александра Александрова как в СССР, так и в зарубежных гастролях. В мае 2005 года в память о первом исполнении песни на здании Белорусского вокзала была установлена мемориальная доска…
8 мая 1998 года, когда президентом в России был Ельцин, подававший себя, как главный русский демократ, в «Независимой газете» была опубликована статья Владимира Шевченко «„Священная война“ — эхо двух эпох», в которой автор обвинил Лебедева-Кумача в плагиате. Он написал, что автором песни «Священная война» является Александр Адольфович Боде, который написал текст и музыку ещё в 1916 году и посвятил солдатам первой мировой войны. Впоследствии текст якобы был «советизирован» Лебедевым-Кумачом и опубликован им от своего имени…
Внучка Лебедева-Кумача Мария Деева, обратилась в суд с требованием опровержения этой информации и возмещения ущерба, нанесённого репутации покойного деда и его родным. В январе 1999 года редакция «Независимой газеты» обратилась к доктору искусствоведения, профессору истории музыки Московской консерватории Евгению Левашёву, который в мае того же года предоставил своё экспертное заключение. Левашёв не сумел обнаружить неопровержимых доказательств, подтверждающих, что авторство «Священной войны» принадлежит Боде или же Лебедеву-Кумачу и Александру Васильевичу Александрову как автору музыки…
Однако дым бывает и без огня. Некоторые стихи Лебедев-Кумач писал в спешке, чтоб успеть откликнуться на текущие события. И не исключено, что как любитель поэзии, он мог, не задумываясь, вставить понравившуюся когда-то строку в своё творение… Что касается «Священной войны», то 21 декабря 1999 года Мещанский суд Москвы вынес решение в пользу внучки поэта Марии Деевой. Суд признал обвинения в плагиате «несоответствующими действительности» и обязал редакцию «Независимой газеты» опубликовать опровержение, что и было исполнено 5 июля 2000 года. Требование Деевой о материальной компенсации нанесённого ей ущерба суд удовлетворил частично…
Конечно, Лебедев-Кумач – не святой. В нашем грешном мире святого днём с огнем не сыщешь. Разве что в каком-нибудь отдалённом храме… А по отношению к людям одарённым надо бросить на весы их творения, и будет видно, сколь потянут их добрые дела. Глянем на некоторые его песни. В фильме 1934 года «Весёлые ребята»звучит песня «Сердце»:
Как много девушек хороших,
Как много ласковых имён,
Но лишь одна из них тревожит,
Унося покой и сон, когда влюблен.
Любовь нечаянно нагрянет,
Когда её совсем не ждешь,
И каждый вечер сразу станет
Удивительно хорош, когда поешь:
Сердце, тебе не хочется покоя,
Сердце, как хорошо на свете жить,
Сердце, как хорошо, что ты такое,
Спасибо, сердце, что ты умеешь так любить…
Пел её Леонид Утесов, приглашённый на главную роль в картине. Дунаевский, с которым артист был в дружеских отношениях, написал эту песню специально под его голос. Когда композитор показал мелодию, актриса Любовь Орлова, тоже получившая главную роль, захотела исполнить песню и просила переписать текст от женского лица. Однако «Сердце», как и предполагалось, вложили в уста Кости Потехина, персонажа Леонида Утесова. С той поры прошёл почти век, а песня продолжает жить и звучит в ритме танго на танцплощадках и посиделках…
Похоже, что столь же долгая жизнь предстоит и песне Лебедева-Кумача «Если завтра война». Музыку песни сочинили братья Покрасс.
ЕСЛИ ЗАВТРА ВОЙНА
Если завтра война, если враг нападёт,
Если тёмная сила нагрянет, —
Как один человек, весь советский народ
За любимую Родину встанет.
На земле, в небесах и на море
Наш напев и могуч и суров:
Если завтра война,
Если завтра в поход, —
Будь сегодня к походу готов!
Если завтра война, — всколыхнётся страна
От Кронштадта до Владивостока.
Всколыхнётся страна, велика и сильна,
И врага разобьём мы жестоко.
Полетит самолёт, застрочит пулемет,
Загрохочут могучие танки,
И линкоры пойдут, и пехота пойдёт,
И помчатся лихие тачанки.
Подымайся народ, собирайся в поход!
Барабаны, сильней барабаньте!
Музыканты, вперёд! Запевалы, вперёд!
Нашу песню победную гряньте! На земле, в небесах и на море
Наш напев и могуч и суров:
Если завтра война,
Если завтра в поход, —
Будь сегодня к походу готов!
Василий Лебедев-Кумач награждён тремя орденами и четырьмя медалями. Свою Сталинскую премию он передал в Фонд обороны. Его имя носят улицы и переулки в городах Моздоке, Зеленодольске, Волгограде, Иванове, Иркутске, Черемхове, Нижнем Новгороде, Саратове, а также теплоход на Волге.
ВАСИЛИЙ ЛЕБЕДЕВ-КУМАЧ
ПЕСНЯ О ВОЛГЕ
Словно тучи, печально и долго
Над страной проходили века,
И слезами катилася Волга —
Необъятная наша река.
Не сдавалась цепям и обманам
Голубая дорога страны, —
Незадаром Степан с Емельяном
Вниз по Волге водили челны.
Красавица народная, —
Как море, полноводная,
Как Родина, свободная, —
Широка,
Глубока,
Сильна!
Много песен над Волгой звенело,
Да напев был у песен не тот:
Прежде песни тоска наша пела,
А теперь наша радость поёт.
Разорвали мы серые тучи,
Над страною весна расцвела,
И, как Волга, рекою могучей
Наша вольная жизнь потекла!
Мы сдвигаем и горы и реки,
Время сказок пришло наяву,
И по Волге, свободной навеки,
Корабли приплывают в Москву.
От Москвы до ворот Сталинградских,
Как большая живая рука,
Все народы приветствует братски
Всенародная Волга-река.
Много песен про Волгу пропето,
А ещё не сложили такой,
Чтобы, солнцем советским согрета,
Зазвенела над Волгой-рекой.
Грянем песню и звонко и смело,
Чтобы в ней наша сила жила,
Чтоб до самого солнца летела,
Чтоб до самого сердца дошла!
Наше счастье, как май, молодое,
Нашу силу нельзя сокрушить.
Под счастливой советской звездою
Хорошо и работать и жить.
Пусть враги, как голодные волки,
У границ оставляют следы, —
Не видать им красавицы Волги,
И не пить им из Волги воды!
Красавица народная, —
Как море, полноводная,
Как Родина, свободная, —
Широка,
Глубока,
Сильна!
ТАК БУДЕТ
Мы доживём свой век в квартире,
Построенной при старом мире,
Кладя заплаты там и тут
На неприглядное наследство.
Но наши внуки проведут
Своё сверкающее детство
Не так, как деды и отцы,
Согнувшись в жалкой кубатуре.
Наследникам борьбы и бури
Мы возведём дома-дворцы.
И радует меня сознанье,
Что, может быть, в каком-то зданье
Частица будет кирпича
от Кумача.
МОЯ
Мужик хлестал жестоко клячу
По умным, горестным глазам.
И мне казалось, я заплачу,
Когда я бросился к возам.
— Пусти, товарищ, ты не смеешь!
Он обернулся зол и дик:
— Моя! Какую власть имеешь?
Нашелся тоже… большевик!
НАС НЕ ТРОГАЙ!
То не ветер, по полю гуляя,
По дороге пыль метёт, —
Это наша удалая,
Удалая конница идёт!
Нас не трогай — мы не тронем,
А затронешь — спуску не дадим!
И в воде мы не утонем,
И в огне мы не сгорим!
Наши кони — кони боевые —
Закусили удила,
Бить врага нам не впервые,
Были, будут славные дела!
Угощаем мы гостей незваных
Острой саблей и свинцом, —
Били немца, били пана
И других, коль надо, разобьём!
Если в нашу сторону степную
Нам придётся завернуть,
Поцелуем мать родную,
А назавтра — снова в дальний путь!
Спросит мама: — Где ты подевался?
Где изволил пропадать?
— Я за Родину сражался,
Защищал тебя, родная мать!
Нашей лавы, лавы молодецкой,
Не унять и не отбить,
Не отнять земли Советской,
Богатырской силы не сломить.
Мы с врагами драться не устанем!
Ну-ка, песельник, вперёд!
Запевай, а мы подтянем,
Степь родная с нами запоёт.
То не ветер, по полю гуляя,
По дороге пыль метёт, —
Это наша удалая,
Удалая конница идёт!
Нас не трогай — мы не тронем,
А затронешь — спуску не дадим!
И в воде мы не утонем,
И в огне мы не сгорим!
ДВА МИРА
На жадных стариков и крашеных старух
Все страны буржуазные похожи, —
От них идёт гнилой, тлетворный дух
Склерозных мыслей и несвежей кожи.
Забытой юности не видно и следа,
Позорной зрелости ушли былые свойства…
Ни мускулов, окрепших от труда,
Ни красоты, ни чести, ни геройства.
Надет парик на впалые виски,
И кровь полна лекарством и водою,
Но жадно жить стремятся старики
И остро ненавидят молодое.
Укрыв на дне столетних сундуков
Кровавой ржавчиной подёрнутые клады,
Они боятся бурь и сквозняков,
Насыпав в окна нафталин и ладан.
У двери стерегут закормленные псы,
Чтоб не ворвался свежей мысли шорох,
И днём и ночью вешают весы:
Для сытых — золото, а для голодных — порох.
Бесстыден облик старческих страстей, —
Наркотиком рождённые улыбки,
И яркий блеск фальшивых челюстей,
И жадный взор, завистливый и липкий.
Толпа лакеев в золоте ливрей
Боится доложить, что близок час последний,
И что стоит, как призрак у дверей,
Суровый, молодой, решительный наследник!
Страна моя! Зрачками смелых глаз
Ты пристально глядишь в грядущие столетья,
Тебя родил рабочий бодрый класс,
Твои любимцы — юноши и дети!
Ты не боишься натисков и бурь,
Твои друзья — природа, свет и ветер,
Штурмуешь ты небесную лазурь
С энергией, невиданной на свете!
И недра чёрные и полюс голубой —
Мы все поймём, отыщем и подымем.
Как весело, как радостно с тобой
Быть смелыми, как ты, и молодыми!
Как радостно, что мысли нет преград,
Что мир богов, и старческий и узкий,
У нас не давит взрослых и ребят,
И труд свободный наливает мускул!
Чтоб мыслить, жить, работать и любить,
Не надо быть ни знатным, ни богатым,
И каждый может знания добыть —
И бывший слесарь расщепляет атом!
Страна моя — всемирная весна!
Ты — знамя мужества и бодрости и чести!
Я знаю, ты кольцом врагов окружена
И на тебя вся старь в поход собралась вместе.
Но жизнь и молодость — повсюду за тобой,
Твой каждый шаг даёт усталым бодрость!
Ты победишь, когда настанет бой,
Тому порукой твой цветущий возраст!
ЧЕТЫРЕ СТРОКИ
В больной фашистской голове
Благоразумья нету и в помине.
Наполеон — и тот обжёгся на Москве,
А Гитлер — просто прогорит в Берлине!
СТРОЙКА
Идут года, яснеет даль…
На месте старой груды пепла
Встаёт кирпич, бетон и сталь.
Живая мощь страны окрепла.
Смешно сказать — с каким трудом
Я доставал стекло для рамы!
Пришла пора — и новый дом
Встаёт под окнами упрямо.
Не по заказу богачей
Его возводят, как когда-то,
Встаёт он — общий и ничей,
Кирпичный красный агитатор.
Эй, вы, соратники борьбы,
На узкой стиснутые койке,
Бодрей смотрите! Как грибы,
Растут советские постройки.
Сам обыватель вдруг угас,
Смиривши свой ехидный шёпот,
И изумлённо-зоркий глаз
На нас наводят из Европы…
Идут года, яснеет даль…
На месте старой груды пепла
Встаёт кирпич, бетон и сталь.
Живая мощь страны окрепла.
Неприятная и «загадочная» личность, многократно уличавшаяся в плагиате, автор известной «Песни бойцов НКВД» и прочих «шедевров…знал да и умел дружбу водить с кем надо. Правильно однажды о его творчестве выразился Ярослав Смеляков (по другой версии Степан Щипачёв), только что нахлебавшийся лагерных щей : » Надоела мне моча Лебедева- Кумача» , после чего был опять посажен, за неуважение к придворной знаменитости. А ношение незаслуженных наград….медаль «За оборону Москвы» полученная за «оборону» столицы в казанской психлечебницы. Отвратительный тип, который и сам признавался в своей несостоятельности. В конце жизни, находясь в глубокой депрессии, поэт Василий Лебедев-Кумач писал в своем дневнике: «Болен от бездарности, от серой жизни своей. Перестал видеть основную задачу — все мелко, все потускнело. Ну еще 12 костюмов, три машины, 10 сервизов… И глупо, и пошло, и недостойно… И неинтересно». Вот такой «интересный» поэт.