Игорь Братченко. Яблоки (новая глава повести «Брезентовый парус»)

В один из дней по утру я решил прогуляться в Посёлок. Так называлась отдалённая часть села, располагавшаяся за рембазинским садом, в который мы, каникулярные дети, частенько забредали за сладким тутовником. Он рос за высоким забором, маня нас своими чёрными, реже белыми плодами. Не всегда нам удавалось им полакомиться мирно – иногда нас, мальчишек, сидящих на заборе и ветвях деревьев, заставал сторож и, ругая, грозил принести свою двустволку и «жахнуть» по нам солью. Никогда этого не происходило, но мы, веря, стремительно сигали с забора вниз и со всех ног убегали. Домой приходили, как правило, с чёрно-сизыми руками и таким же перемазанным ртом.

— И куда ты собрался с утра по раньше? Они ж ещё зелёные!
Остановила меня бабушка, видя, как я срываю и распихиваю по карманам шорт яблоки.
— Бабуль, я к Вовке хочу сходить. Скучно…
— Тебе бы только шлындать. Штаны штоль нормальные одень. Так и пойдёшь в этих чертях?
— Бабушка! Не в чертях, а в шортах. У нас все так ходят…
— У вас…. У вас там всё не по-людски. В исподнем ходите. Срамота!
— Всё, бабуль, я ушёл.
Я уже был возле ворот и откидывал щеколду, когда бабушка вновь меня остановила.
-Славик! Ты хоть компот попей. Я свежий сварила. Пирожки сейчас испеку – сладкие и с картошкой. Как ты любишь. И куда ты босиком. Сандали обуй. Опять хочешь ноги порезать?!
— Бабушка, босиком полезно ходить. Говорят….
— Говорят в Москве кур доят. Люди много што говорят…

Выскользнув со двора, я припустил по улице бегом, опасаясь, что меня опять остановят и заставят надеть сандалии. Бабушкино ворчание стало не разборчивым и приглушённым. Проскользнув переулок, ведущий на зады и пробежав с пол-улицы — перешёл на шаг. Только тут я заметил, что за мной увязался Шарик. Остановившись посмотрел строго на незваного попутчика.
— Чо те надо? Ты что за мной бежишь, а?
Шарик, не понимая меня, часто вилял хвостом и преданно смотрел мне в глаза. Поняв, что мой тон слишком дружелюбен, я нарочито грубо и грозно прикрикнул на него.
— Иди домой! Домой! Домой я сказал.
И видя, что и это не действует, я топнул ногой и зашипел на него.
— Пшо-ооо-л! Пшо-ооо-л! Глупый пес.
Для убедительности я извлёк из кармана яблоко и сделал вид что кидаю в него. Шарик отбежал немного назад и сев, стал наблюдать за мной.
— А… — махнул я рукой и побежал дальше. Пробежав ещё немного, я резко остановился и оглянулся. Шарик был уже возле меня и также остановившись, присел, выжидательно посматривая.
— Ты что, Шарик, не понимаешь – там большие собаки будут. Порвут. Иди домой. По-о-ошол!
Мой взгляд упал на хворостину, валявшуюся у моих ног. Я поднял её и замахнулся на собаку, по-прежнему вилявшую хвостом и высунув язык, тяжело дышавшую.
Хворостина свистнула в воздухе и резко, поднимая пыль, опустилась радом с Шариком. Пёс взвизгнул от испуга и отбежал в сторону, обиженно посматривая на меня. Возвращаться домой он явно не собирался.
— Вот же ж, блин!
И тогда я запустил в него яблоком, которое по-прежнему было у меня в руке. Но яблоко почему-то полетело не в Шарика, а в сторону и попало в деда, выходившего в это время из ворот. Бабушка называла этого деда Бабаем. Я, понимая, что это не имя, никогда его так не называл. Точнее – я его вообще никак не называл, а просто здоровался и обращался на «вы».
— Здрасти. Извините.
Дед оценивающе посмотрел на меня, на собаку, на яблоко, откатившееся от него и лежащее теперь в пыли у его забора.
— С ентим делом надыть осторожней быть. Маненько думать надыть, а если в глаз кому пырнёшь?
Показал он пальцем на хворостину у меня в руке.
— Извините! – сказал я и бросил хворостину на землю.
— Непорядок. Дык, непорядок это.
Дед подошёл ко мне и, кряхтя наклонившись, поднял ветку и, выпрямившись, укоризненно посмотрел мне в глаза.
— Она тут валялась. – Стал оправдываться я.
— Чой-та она тута валялась?! Откель взялась? Сама пришла валяться? Иди, иди, бала, а то тута учудишь ишшо што.
Он хлопнул в ладоши, пугая и прогоняя Шарика.
— А ты иди домой. Домой. Пшол. Пшол!
И дед, шаркая калошами по улице, пошел на Шарика, отгоняя его всё дальше и дальше.
— Откель… откель… — передразнил я деда. – Старый ворчун. Откель. Что за слово такое?! Откель-макрель.
Я пожал плечами и развернувшись вновь побежал. Пробежав ещё немного, остановился и обернулся – Шарика не было поблизости, видимо, Бабаю всё же удалось его прогнать. Ну, что же, дальше можно идти не спеша. Я стоял на насыпной пешеходной дорожке, выложенной декоративными прямоугольными бетонными плитками и шла эта дорожка аж до клуба. Вот по ней и пойду до конца.
Из двухэтажного дома, мимо которого я шёл, со второго этажа доносилась протяжная песня с сильным шипением и потрескиванием пластинки: «Я люблю глядеть в глаза твои ясные… что ж они сейчас… хранят…тайну…». Дальше уже было неслышно, так как на первом этаже женский голос начал ругать кого-то за разбитое мячом окно у тёти Любы. Не люблю, когда ругаются, и прибавил шагу. На перекрестье улиц – той, по которой шёл я, и Желябова, возле забора в тени яблони сидели два мелких белобрысых мальчишки возле опрокинутого ведра и рассыпанных яблок, один из них, явно помладше, размазывал слёзы.
— Не буду я их собирать. Сам собирай. Неча было толкаться. Я, вона, руку расцарапал из-за тебя. Скажу отцу, он тебе всыплет солдатским ремнём.
— Ябедничай, ябедничай. А я тогда не возьму тебя на рыбалку с Лёшой. Вот. Будешь сидеть дома и траву полоть.
Рыдавший умолк и нехотя встал, поправил ведро и принялся складывать в него яблоки. Я подошёл к ним.
— Привет, пацаны, что случилось?
Собиравший посмотрел на меня недовольно и вытерев нос рукой ответил.
— А сам не видишь чо? Ведро тяжёлое, а Санька идёт и дергает меня. Упал… вона видишь? Заражусь бешенством и буду бросаться на всех, как наш Барбос в прошлом году.
И мальчишка, подойдя ко мне ближе показал свою ладонь с крапинками крови.
— Ладно, давайте помогу. Ты тоже давай помогай, чего сидишь?
Втроём мы быстро собрали яблоки в ведро. Я его взял и посмотрел на мальчишек.
— И куда его?
— К реке, там нас заберёт Лёша на куласе и переправимся на ту сторону, товарненскую.
— На Товарном что, яблок нет? Таскать их отсюда.
— Есть. Но Лёша сказал надо собрать яблоки у тети Маруси… после ветра много попадало… и ведро принести на берег. За это он нас с Санькой возьмёт на рыбалку.
— Понятно. Хитрый лис ваш Лёшка. Пошли.
Я и тот, что постарше, взявшись по сторонам понесли ведро, доверху наполненное яблоками, а младший шёл за нами. Нести ведро было неудобно – оно часто било меня по ноге, так как мой помощник явно сачковал. И посередине пути к реке я не выдержал.
— Всё, привал. Отдохнём. Ваше ведро всю ногу мне уже отбило. Ты что сачкуешь? Хочешь один нести?
Начал я ругаться на мальчишку. Санька посмотрев на меня исподлобья, покачал отрицательно головой. Чуть отдохнув мы вновь оба взялись за ведро…
— Племяш, эй племяш, ты куда собрался?
Я сразу узнал голос и потому посмотрел в сторону забора рембазы. Мы как раз были напротив крыши столярки.
— Я сейчас.
Сказал мальчишкам и побежал к забору.
— Вы где тут, дядь Петь?
— Здесь я, здесь.
Раздался голос над головой. Я посмотрел вверх и увидел голову в кепке, с усмешкой глядевшую на меня.
-Что за пацаны и куда идёте?
Устроил он мне дотошный допрос.
— Мальчишки с Товарного, собирали яблоки у какой-то тёти Маруси. Рассыпали их по пути, один, тот что поменьше расцарапал ладонь, когда падал. Несём к берегу…
— А потом куда?
— Потом пойду в посёлок к Вовке. Надоело дома сидеть.
— А к нам почему не зашёл? Не по-людски так. Мама с папой не учили быть вежливым? – отчитывал он меня.
— Учили… я собирался, но всё никак. Поливали на кладбище цветы, яблоки упавшие собирал…
— Яблоки, говоришь, собирал? Знаю, как ты их собираешь. Помогай бабушке. Вон, наш Сашка с утра уже и траву прополет и яблоки соберёт и на рыбалку сбегает.
— Я отдыхать приехал…
— Отдыхать? Это и есть активный отдых. Ты отдыхаешь от школы и уроков. Смотри, чтоб я больше не слышал, что бабушке не помогаешь. Понял? Давай, беги дальше.
Я вернулся к мальчишкам, недовольный тем, что меня отчитали. Они внимательно смотрели на меня и младший не выдержал:
— Дальше не поможешь?
— Помогу, пошли.
Мы взяли ведро и пошли к берегу. На берегу не было ни куласа, ни Лёшки.
— Может, он в другом месте ждёт вас?
— Нет, здеся сказал будет. А вона он.
Мальчишки дружно показали в сторону Товарного. Там, почти уже на середине реки, сидящий в куласе спиной по направлению движения, усиленно грёб вёслами преодолевая течение реки.
— Ладно. Тогда я пошёл. Пока.
— Спасибо. Покеда.

Поделиться:


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *