Привет, дорогой читатель! Если ты думаешь, что приключения — это где‑то там, за океаном, то я тебе так скажу: в 70‑м году моё приключение началось с трёх пацанов, мечты о заработке и теплохода «Звёздочка», который ходил по кругу, как кот за своим хвостом: Мумра — Оля — Оранжерейное — Ниновка — Житное — Мумра. А потом ещё и второй круг: Мумра — Житное — Староволжск — Чулпан — Староволжск — Житное — Мумра. Мы с одноклассниками — Сашкой и Витькой — сидели на берегу, кидали камешки в воду и мечтали о деньгах.
— А давайте на арбузы поедем? — вдруг предложил Витька. — Говорят, там хорошо платят.
— Где «там»? — скептически поднял бровь Сашка.
— В Лиманском районе. Дядька рассказывал — за сезон можно на мотоцикл заработать!
Я задумался. Мотоцикл… Это же свобода! Можно будет девчонок катать, по всему району гонять…
— Поехали! — решительно сказал я.
Без документов, без плана, зато с юношеским задором и верой в удачу мы отправились в путь.
Десять километров пешком — и вот мы на «бригаде». Там, правда, работников не требовалось. Бригадир, здоровенная тётя Маша в цветастом платье и с руками, как у кузнеца, окинула нас взглядом:
— Мальцы, вы откуда такие?
— Из Мумры, — гордо ответил Витька.
— И чего вам тут надо?
— Работать хотим, — сказал я. — На арбузах.
Тётя Маша громко рассмеялась:
— Работников нам не надо. У нас своих хватает.
Но тут из‑за её спины выглянул наш знакомый:
— Теть Маш, а Витьку‑то возьмите! Его братья у меня работают.
— Ну ладно, одного возьму, — махнула рукой бригадир. — А вы двое — топайте дальше. Вон, следующая бригада километрах в шести.
Мы с Сашкой переглянулись и поплелись дальше.
Ещё километров шесть‑семь пешкодралом — и вот мы у следующей «бригады». Пришли к концу рабочего дня, когда все уже домой собирались.
Бригадир, сухонький старичок с хитрыми глазами, посмотрел на нас:
— Ну и чего надо?
— Работать, — выдохнул я.
— А документы?
Мы переглянулись.
— Нету, — честно признался Сашка.
Старичок вздохнул:
— Ладно. Вон тот участок — прополете нормально — останетесь. Утром проверю.
Утром старичок пришёл, осмотрел наш участок и кивнул:
— Неплохо, неплохо. Оставайтесь.
Неделю‑полторы мы честно пололи, пока не приехали студентки из Астрахани. После этого прополка как‑то сама собой отошла на второй план, а на первый вышло купание в котловане, куда качали воду с ильменя для полива арбузов.
Чтобы отвадить нас от воды, тракторист дядя Ваня подливал в котлован соляру. Но разве это остановит юных искателей приключений?
— Ну и что? — махнул рукой Сашка. — Зато теперь мы как подводные лодки!
— Да, — подхватил я, — гидромассаж с дизельным ароматом!
Удобрения там развозили на быках в бричке. Вечером мы решили запрячь одного и поехать в соседнее село на танцы.
— Да он нас мигом домчит! — уверял Сашка, пытаясь накинуть упряжь на рогатое создание. Бык, видимо, не разделял его энтузиазма. Я запутался в верёвках, и животное потащило меня по траве, попутно демонстрируя, что оно тоже не прочь отдохнуть после трудового дня — испражняясь находу…
— Отпусти меня, проклятый! — орал я, катаясь по земле.
Сашка хохотал до слёз, пока я сам не освободился от пут. Но танцы отменились сами собой – я был весь в пыли и не только, и с травой в волосах.
Было у нас и другое развлечение — варили брагу в арбузах. Да, в самых настоящих арбузах!
— Это же гениально! — восхищался Сашка, аккуратно вырезая мякоть. — Внутри — идеальная ёмкость, снаружи — маскировка!
— Главное, чтобы бригадир не унюхал, — предостерегал я.
Но запах всё равно распространялся по полю, и однажды бригадир подошёл к нам с хитрой улыбкой:
— Что это у вас тут так ароматно? Арбузами пахнет… и ещё чем‑то.
Мы переглянулись и дружно ответили:
— Так арбузами и пахнет!
Он покачал головой и отошёл, бормоча:
— Молодёжь…
Однажды утром мы обнаружили, что кто‑то ночью объел много арбузов прямо на поле. Бригадир пригрозил вычесть из зарплаты. И тогда мы решили провести своё расследование: устроили засаду с Сашкой. В засаде он заснул уже через 15 минут. Потом я нашёл следы лап — оказалось, это дикие кабаны. Тогда мы придумали следующую шалость: разложили «приманку» — самые несладкие арбузы с перцем внутри;
Кабаны, напробовавшись таких арбузов, больше не приходили, но тракторист дядя Ваня долго чихал после того, как случайно съел «острый» арбуз.
Как это иногда бывает по молодости – энергии много, а направить её в нужное русло – не умеем. А потому стреляли по птицам — для спортивного интереса.
— Смотри, как я попаду! — хвастался Сашка, заряжая рогатку.
— Да ты в прошлый раз в дядю Ваню попал, — напомнил я.
— То был несчастный случай! — возмутился Сашка. — Сегодня точно попаду!
И правда попал — в куст, распугав всех птиц на километр вокруг.
По вечерам слушали «Голос Америки» на старом приёмнике, который Сашка притащил из дома.
— Интересно, что там на Западе делают? — задумчиво произнёс Сашка, крутя ручку настройки.
— Да то же самое, что и мы, — махнул рукой я. — Только у них, наверное, быки не катают по траве.
И вот в один из вечеров этот самый голос торжественно вещает:
«Посёлок Мымра в Астраханской области огородили колючей проволокой и сожгли дотла из‑за эпидемии холеры».
Мы переглянулись.
— Всё, — решительно сказал Сашка, выключая приёмник. — Пора домой. Пока нас тут самих не сожгли за компанию.
Наутро садимся в кузов машины — естественно, без всяких там сидений и ремней безопасности. Едем. Надо было слезть на Трёх Ериках, но мы, увлечённые мыслями о холере и колючей проволоке, проехали до Икряного. И оттуда — пешком обратно.
Автобусы не ходили, попутки не брали… Дошли до первого моста — а там блокпост.
— Куда? — строго спросил милиционер.
— Домой, — ответил я.
— Пропуск есть?
— Какой пропуск? Мы же в своём районе!
Милиционер подозрительно посмотрел на нас… и… не пропустил: «Не положено. У меня — приказ».
Пришлось обходить и переплывать. И так — семь раз! На Главном Банке оторвали лодку от прикола и переправились. Наш паром, к счастью, работал исправно.
Наконец, мы входим в «Мымру». Тишина. Люди ходят, огороды растут, дети бегают, бабы бельё на верёвки вешают… Никакой проволоки и сжигания.
— Ну что, — усмехнулся Сашка, — поверил в «Голос Америки»?
— Больше никогда, — покачал головой я. — Лучше я буду верить в быков, арбузную настойку и силу юношеского оптимизма.
Потом мы сидели на берегу, смотрели на реку и вспоминали «Звёздочку» и хохотали над нашими приключениями.
— А мотоцикл мы так и не купили, — вздохнул Витька.
— Зато впечатлений на всю жизнь, — подмигнул Сашка.
И мы снова расхохотались. Потому что тогда, в 70‑м, это действительно было самое настоящее приключение.
Пока интернет позволяет, выложу комментарий пришедший мне в личку:
Привет Игорь!
С интересом прочитал рассказ основанный на воспоминаниях Володи Реутина!
Да, всё как-то перекликается с моими воспоминаними , когда я поступал в1970 году в мединститут. Была холера!
Также ходили пешком по трассе Астрахань — Волгоград,( домой после вступительных экзаменов в Вододелитель — там я раньше жил! Прятались от милиции ,
чтобы не схватили сдавать форму 30 !!
А где они работали ребята с Мымры, там и мы работали студентами» на арбузах » — после окончания первого курса ( Басы, Караванное — Лиманского района) и купались в том же » болотнике».что и они. Так что наша юность у всех нас определённым образом перекликается!!
С уважением Николай Иванович.
… В том же приснопамятном 70-м году шёл пешком из Волгограда на Чёрный Яр, после 3-го курса и практики, да «махнул» чуток в строну в ночной темноте километров на 30. Пришлось возвращаться. По этому поводу написал рассказ «Дубовый Овраг. 22 километра». В Волгограде, если скажешь, что ты из Астраханской области, от тебя шарахались.
Игорь, спасибо за рассказ! Вспомнилось кое-что из собственной жизни.
14 лет мне было, когда соседка работающая главным бухгалтером на заводе, прежде носившем имя Сталина, обратилась к моим родителям с просьбой, чтобы я поехал в колхоз в Камызякском районе на прополку помидоров. Туда должна была ехать сотрудница бухгалтерии, но поскольку она была беременной, то срочно требовалась замена на её место. А поскольку у меня были летние каникулы, и чтобы я не слишком шалберничал, родители дали своё согласие.
И вот оказался я в том колхозе, а точнее сказать на полевом стане неподалёку от реки Кигач. И оказалось, что не один я был чьим-то заменщиком, были среди них и «расписные», которые не столько работали, как пьянствовали и устраивали всякие причуды.
Однажды они решили своего спящего собутыльника прокатить на велосипеде. Я подумал, откуда они на полевом стане возьмут велосипед. А они сунули ему между пальцев ног клочки бумаги и подожгли их, то спящий начал двигать ногами так, словно едет на велосипеде. А поскольку всё это происходило под пологом, то он возьми да и загорись, а с ним загорелась и циновка из сухого чакана, на которой лежал этот человек. Едва не спалили полевой стан.
А потом я решил перед этими мужиками фраернуться тем, что курю с первого класса. И тогда они решили меня проверить и сунув в рот сразу несколько сигарет «Памир», зажгли их. Я закурил, но меня тут же уличили в том, что я не вдыхаю дым в лёгкие и потребовали не шельмовать. Вдохнул, после чего у меня началось удушье и сильный кашель, которые завершились рвотой.
А поскольку я действительно баловался куревом едва ли не с первого класса, втихаря таская сигареты у отца, то этот «эксперимент» окончательно отвадил меня от курения.