В новый сборник переводов Юрия Щербакова «Желание», вышедший в издательстве Р.В.Сорокина «Астраханская цифровая типография», вошли стихотворения родоначальника осетинской литературы Косты Хетагурова и современных осетинских поэтов Шамиля Джикаева и Хаджи-Мурата Дзуццати. В оформлении обложки использована репродукция картины Косты Хетагурова «Перевал Зикара». Презентация новой книги переводов Юрия Щербакова состоится в рамках третьего международного литературного фестиваля «Осетинская лира», который пройдёт 12-16 октября в республике Северная Осетия-Алания.

КОСТА ХЕТАГУРОВ

(1859 – 1906)

Перевод с осетинского Юрия Щербакова

ЗАВЕЩАНИЕ

Простите, коль вы мои песни

Не можете слушать без слёз –

В них радость уже не воскреснет,

Там боль поселилась всерьёз…

Но если б я горю людскому

Когда-нибудь сгинуть помог,

Тогда бы совсем по-иному

Звучали мелодии строк.

БЕЗ ПАСТУХА

У пастуха и в лесу стадо целое,

К этой работе он гож…

Не ошибаемся ль мы, неумелые?

Кто же пасёт молодёжь?

В чаще дремучей она, беспризорная,

Нынче блуждает, как скот.

Из глухомани на поле просторное

Выход сама не найдёт.

Пусть над грядущим сегодня не властен я,

Нынче молю об одном:

Горы, явите спасителя-пастыря,

Все за которым пойдём!

БЕДНОЕ СЕРДЦЕ

Снег не щадит людей и скалы.

Зима вошла в свои права.

И лютый ветер с перевала

В долине реку заковал.

Воистину блаженно лето!

О, как мечтается о нём,

Когда мы без тепла и света

В домах застуженных живём.

Одно сейчас лежит на сердце

И на уме у бедняка –

Поесть бы вволю да согреться

За ужином у очага.

Чтобы потом заснуть скорее,

Отринув тяжкий груз забот.

Его во сне надежда греет:

Весна когда-нибудь придёт.

ЖЕЛАНИЕ

О, если б ты мог благодать

Весны своей век не терять,

Что матери солнцем согрета!

О, если бы осени срок

Легко отодвинуть ты смог

Весеннею памятью этой!

О, если бы землю отцов

Прославить ты был бы готов

С друзьями весёлою песней!

О, если бы каждый из рук

Заветный не выпустил плуг,

Наш край накормили бы вместе!

О, если бы слово твоё

Всегда для родимых краёв

Мерилом ума оставалось!

О, если бы через года

Светила Отчизны звезда

Любовью! Тогда – что мне старость!

ШАМИЛЬ ДЖИКАЕВ

(1940 – 2011)

Перевод с осетинского Юрия Щербакова

РАЗРУШИТЕЛЬ И СОЗИДАТЕЛЬ

Осетинская легенда

Шёл в далёкие века

Враг на нас могучий,

Превращая облака

В грозовые тучи.

Меч владыки заржавел

От пролитой крови.

Нашей родине удел

Страшный он готовил.

– О, железные орлы! –

Говорил он рати, –

До последней до скалы

Этот край захватим!

Он грабителей полки

Двигал в наступленье.

Принесли нам чужаки

Смерть и разрушенье.

Им ещё одно село

Встретилось в ущелье.

Страстно хочет крови зло,

Впереди – веселье!

Исполненья близок миг

Смертоносной воли.

Только что это? Старик

Трудится на поле.

И весёлую притом

Песню напевает.

Замахнулся князь клинком:

– Голова пустая!

Рядом – смерти торжество!

Брось ты это жито

И целуй у моего

Скакуна копыта!

Солнце блещет на мече.

Но без капли страха

– Кто ты, путник, и зачем? –

Спрашивает пахарь.

И услышал он в ответ:

– Пред тобою ныне

Тот, кто был рождён на свет

Делать сад – пустыней!

Разрушать – мой главный труд –

Всё: дома и башни!

А рабы пусть слёзы льют

На былые пашни!

Покорись!

Но пахарь вдруг

Распрямился смело.

– Посмотри, здесь всё вокруг –

Этих рук вот дело!

Из пустыни сделать сад –

Вот моя забота!

Пусть колосья шелестят!

Сколь прольётся пота,

Чтоб из каждого зерна

Родилась пшеница!

В этом счастье! А война –

Счастье для убийцы…

– Счастье – добывать кусок

Чёрною работой?

Самой тяжкой из дорог

Радуется кто-то?

– Труд для сердца должен стать

Самым лучшим другом!

У меча и то мечта –

Обратиться плугом!

Сталь от пахоты блестит,

Кровь её съедает.

И для сердца нет пути

Краше урожая!

Мир сильней войны! И тот

Прав, кто землю пашет!

И никто не украдёт

Эту правду нашу!

Руку с поднятым мечом

Совесть победила.

Дрогнул князь: за стариком,

Видно, Божья сила!

А её не превозмочь,

Силы зла не хватит!

…Повернул владыка прочь

И коня, и рати…

ХАДЖИ-МУРАТ ДЗУЦЦАТИ

(1935 – 2000)

* * *

Ещё гнездится страх по-прежнему во многих.

Когда же смоет стыд в душе его за то,

Что столько раз людей мы назначали в Боги,

Чтобы молиться им почти всерьёз потом.

Кроили жизнь, страну, природу им в угоду.

Мерилом были их привычки и мечты.

Любовь и вера, память и свобода –

Определялось всё веленьем их «святым».

И были мы тогда безликою толпою,

Которую, как бич, врождённый страх хлестал,

Марионетками, чьей управлять судьбою

Дано чужим рукам, дано чужим устам.

Так сбросим же его, как тяжкие оковы!

Да будет подлый страх навеки тяжким сном,

Чтоб никогда в душе он не родился снова…

Нет, пусть он к нам придёт в обличии ином.

Благословляю страх о том, что с нами было.

Да не вернётся вновь минувшая беда,

Чтоб наяву уже ни Сталин из могилы,

Ни Брежнев, ни иной не встали никогда…

МОЙ СВЕТ

Как в овечью шкуру, в лес гора одета –

Значит, скоро буду я в селе родном.

Вот оно сигналит пятнышками света

Из вечерних окон. Лишь в одном темно.

Если б то окошко тоже засияло,

Больше б света стало, может быть, в селе.

Говорит мне сердце: «Ты бываешь мало

В доме славных предков, на родной земле.

Разве ты безрукий? Разве ты безногий?

Что ж не делишь с нею тяжкий груз невзгод?

К башне родовой ты позабыл дорогу.

А село родное терпеливо ждёт»…

Сколько ожиданье это будет длиться –

От кудрей смолёных до седых волос?

Как ответить с честью времени и людям:

Где зажечь сумею я мой свет всерьёз?..

ЧЕСТЬ

Кричать и плакать – делу не венец.

Пришёл однажды на базар мудрец.

Сыр, утки, шубы – всё там есть.

Диковинный товар принёс он – честь.

И покупатели над ним, и торгаши –

Весь рынок потешался от души.

Что нужно всем? Одежда и еда!

А честь – как птичий щебет – ерунда!

Кто это купит – ни надеть, ни съесть?

Лишь совесть беспокоит эта честь!

Ишь, выискался праведник один!

Ты торговать мешаешь – уходи!

Не хочешь? И, от ярости слепа,

Его на землю бросила толпа

И растоптала… Так погиб мудрец.

Кричать и плакать – делу не венец…

Я ОДНО ИЗ НИХ

Больничный двор. А в нём деревья.

Как люди – от юнцов до древних.

Их всех гроза минувшей ночью

Решила испытать на прочность.

Как их крутила злая сила

И вырвать с корнем норовила!

Ночь сердцу сделали бессонной

Деревьев горестные стоны…

Сумели выжить, устоять, и

Одно из них вот здесь, в палате…

ЕЛЬ

Конечно, не бандиты вы – совсем наоборот.

Чего ж со мной, убитою, встречали Новый Год?

Когда вы наряжаете того, кто встретил смерть,

Вы что-то не желаете ни танцевать, ни петь.

Вы столько слёз изводите, скорбь о родном храня,

И шумно хороводите, смеясь, вокруг меня.

Когда промчится весело и Старый Новый Год,

Меня хозяин вечером на мусорку снесёт.

К вам, не имевшим жалости, не унесу я зла.

Ведь «много-много радости детишкам принесла»…

СНЕГ

Прошлой ночью с неба неспроста

Снежная явилась чистота.

Господи! Как совесть, стыд и честь,

И она белом свете есть!

От касанья белоснежных крыл

Дух нечистый душу отпустил.

Только вот надолго ль? Завтра вновь

Злоба в сердце вытеснит любовь.

И оставить сможет или нет

Чистота в душе незримый след?