Где-то в истории затеряются все подлости и несправедливости нашего времени. Пусть и вершатся сейчас втихую, по Руси от них, однако, разносится зловоние, как от скисшей тряпки. Трясутся по камням и сухой глине смердящие повозки войны, запряжённые в грехи человеческие. Вот, например, недавно ехал наш товарищ с полной машиной гуманитарного груза для бойцов. Среди прочего большущий пакет нефопама, расфасованный по упаковкам от торговых площадок с прикреплёнными чеками. Уже в темноте остановили «люди, похожие на росгвардейцев» в Ростовской области между Новошахтинском и Матвеевым Курганом: «А где рецепт на лекарства? А пойдём разбираться. А это займёт часа три. А что делать, если служба такая? Но можно решить по-быстрому». Взяли «Хабаровск», свернули, положили в подсумок от гранаты и пожелали счастливой дороги.

Чёрт бы вас побрал! Вы же знаете, куда мы это везём, кому и зачем! А сами тут, где не летает, не гудит электромоторчиками смерть, тут абрикосы в неразорённых садах и девки с семечками у магазина. Жаль, не я был в том конвое, добрался бы до их командира и объяснил, как надо Родину любить. За нами неожиданно теперь не только правда, но и социальная мощь писательского сообщества. Наконец-то на что-то и корочки Союза писателей сгодились.

Меня как-то в ночи останавливали воронежские гайцы, вымогали пятнашку за провоз коптеров. До сих пор, надеюсь, вспоминают ту встречу, скорее всего, уже не в системе МВД. Дай Бог им здоровья и никогда не вытаскивать двухсотых с серой зоны.

И там, «за ленточкой» (хотя так уже, кажется, и не говорят) подлость человеческая черпает силы от злобы нашего времени. Мы много ездим вдоль фронта: от Курской области и до Херсонской. Смотрим, видим, слушаем, иногда нечаянно подслушаем что-то, от чего вскипает внутри. Вон (это из области подслушанного, или лишь больная фантазия немолодого прозаика, а никакая не дискредитация всего доброго и светлого, что при власти, погонах и оружии), парнишка один сибиряк, приехал в Донецк к брату, который был по контракту на СВО. Старший ещё зимой «затрёхсотился» по-тяжёлому и его комиссовали. Остался в Донецке, женщину нашёл, живёт. Младший молодой совсем, приехал жить к старшему, на работу устроился курьером. Месяц отработал. Тут очередной заказ от клиента отвезти пакет в район «Золотого кольца». Он на велик и поехал. Только остановился, только слез с седла, его и свинтили. Руки за спину, браслеты и в микроавтобус. Пакет в присутствии понятых вскрыли, там наркота. Ну или не наркота, но похоже на наркоту. Кто проверять-то будет? Ну что, — говорят, — либо на пятерик на зону, либо контракт подписывай. Выбрал контракт. Сразу его в военкомат и отвезли, с рук на руки сдали. Подписал, получил вещевое довольствие и сразу на ПВР. Всем хорошо, все довольны. Только парнишки того нет больше. Пропал без вести. А курьеров в Донецке много ещё.

Тут один балагур-матершинник с приятелем криптовалютчиком двадцать километров тащили трёхсотого к своим с серой зоны. Через ров противотанковый переплывали, броники покидали, понятное дело. Там воды с макушкой. Ничего, добежали, дотащили. Парень живой, курит, киношки в госпитале смотрит про «Рэмбо». Наградили героев? Не, взгрели за то, что амуницию потеряли, где-то два дня шлялись и вовремя на связь не вышли. Спасибо, на штурма не отправили.

Другой на заведомую и ненужную смерть две роты отправил: «А мне пофиг на них!» Героя, наверно, теперь получил. Оно потом промеж своих так и бродит это ощущение (нет, даже уверенность) несправедливости. У справедливости вообще много болячек, все заразны. И не лечится это. Ни молчанием не лечится, ни враньем не лечится, ни приписками в рапортах наверх, ни бодрыми заверениями в скорой победе не лечится. Особенно последнее — поганое лекарство, от него, говорят (это врут, конечно) мор по всей линии фронта.

В космосе войны вакуум слов. Подлость, как и подвиг, свершаются здесь ежечасно при полном молчании. Редкого героя находит награда, но каждый встречается с несправедливостью и ложью. Каждый. Война вытаскивает из душ всё, что жило там: и зло, и добро. И они зачастую неотделимы друг от друга.

Мой товарищ, командир сапёрной роты танкового батальона рассказал про своего бойца, «сидельца со стажем». Лихой человек, отважный на штурме, готовый к самопожертвованию, прикрывавший отход своих с ранеными, когда коптерами накрыли. И на ПВР всех обиходивший, так, что взвод накормлен, в тепле и с электричеством. Всё подшаманил, достал, наладил. И он же, продав местным два цинка патронов из БК, закупился бухлом, напоил всех, сам нажрался, набил лицо офицеру, ушёл в самоволку, в которой тоже набедокурил явно не на одну статью. Вернулся, как дворовый пёс, набегавшийся по помойкам, уши в сторону, довольный, но с виноватым выражением физиономии. И это всё в одном человеке. А назавтра он снова на штурм «в назидание». И снова живой и герой. И не накажешь такого всерьёз, но и к ордену не представишь.

Один и тот же человек может лично выводить своих бойцов из огненного варева, биться за них же, но уже с командованием, с успехом решать сложнейшие, практически невозможные задачи и, например, крышевать торговлю наркотиками. Пассионарии, они такие. Героизм — всегда флуктуация человеческого поведения, всегда психическая девиация, супротив инстинкта выживания. В нас, русских, этой червоточинки хватает. Видать, чисто национальное эволюционное преимущество. И в тех русских, с той стороны линии боевого соприкосновения, она же, червоточинка. И там русский человек демонстрирует высоты и низости духа. Враг ли он, тот, с той стороны или только отражение в злом времени?

Многие у нас понимают, что противник — не всегда Враг, а Враг не всегда решается показаться противником. Да, во время боя нельзя разводить антимонии. Да, в тумане и дыме сражения грехи и от Бога до поры скрыты. Но нравственный закон внутри нас и звёздное небо над нами всегда найдут время изумиться нам. Что бы ни свершил русский человек, делает он по Господнему велению или по Его же попущению. И не бывает иначе. Даже бесы в Его повозки запряжены, злятся, но ничего не могут поделать, — тащат.

Я всё понимаю. И что Враг — не всегда противник, и что впереди ещё долгий путь. И что мы, всё равно, победим.

Поделиться: