Во все времена изменники старались прикрыть свою измену самыми возвышенными причинами. Особенно они любят рядиться в тогу «борцов с режимом». Эдаких подлинных патриотов, боровшихся за благо для своей страны. Нет сомнения, патриоты нередко бывают против власти. Власть далеко не всегда служит интересам народа и государства. Порой она бывает, как показывает опыт того же ельцинского режима, и откровенно антинародной и антигосударственной. В таком случае, истинный патриотизм – это борьба с подобным режимом.
Однако при этом есть один очень чёткий и ясный критерий, по которому без труда можно отличить изменника, рядящегося в одежды патриота, от патриота, противостоящего антинародным действиям власти (реально антинародным или кажущимся ему таковыми).
Изменник – это тот, кто стал работать на врага своей страны в условиях войны (горячей, холодной или гибридной).
При этом такой человек сам может считать себя кем угодно, и даже искренне верить в то, что он не изменник, а борец с режимом, что он использует врага ради высшего блага своей родины.
Однако всё это уже от лукавого. Встал на сторону врага, помогаешь ему одержать победу над Россией – изменник.
Был ли Солженицын инструментом и весьма эффективным инструментом борьбы Запада против СССР в условиях Холодной войны? Очевидно был.
Считал ли Солженицын себя патриотом? Очевидно считал.
Более того, он считал себя «мессией», который будет диктовать и Западу, и поставленному Западом над Россией ельцинскому режиму, как должно поверженную Россию обустраивать. Критиковал и Запад и ельцинский режим.
Но это всё, как раз из разряда «лирики».
Хвост вздумал помахать собакой. Чем закончилось – известно.
Пока он делал то, что было нужно хозяевам, его превозносили, фантастическими тиражами издавали его работы, как только вздумал «поруководить» хозяевами, так сразу ему указали его место.
Обычная история для изменника.
Издавна известно, что один и тот же человек с рождения двулик, и если одни считают его своим другом, то враги его друзей обязательно будут считать его своим врагом. Ещё со школьной скамьи мы знаем как расшифровываются простые арифметические действия с цифрами имеющими знаки «плюс» и «минус», что в переводе с литературного языка звучит как «враг моего врага — мой друг», а «враг моего друга — мой враг», и так далее.
Что же касаемо Солженицына, то он формально был противником сталинского режима и его произведения как нельзя кстати послужили Хрущёву неким доказательством, обвинившего Сталина во всех смертных грехах. Но потом, когда самого Хрущёва обвинили в волюнтаризме, Солженицын попал в опалу новой власти. И дело вовсе не в том, что он изобличал сталинизм, а в том, что позволил себе вскрыть назревший «чирий» в котором зрели далеко непростые взаимоотношения борющихся друг с другом ветвей (читай — кланов) власти, продолжающиеся до сих пор.
Все знают какой существенный урон принёс стране Ельцин, но почему-то чаще всего ругают Горбачева. Это, как наглядный пример с арифметическими «плюсом» и «минусом».