— Жизнь. Что такое жизнь, и в чём её смысл? Каждый, абсолютно каждый, рано или поздно задаётся вопросом: «Зачем живём и зачем нужны?» Но правильнее, конечно, поставить в этом вопросе «или». Да. Или – «просто живём», или – «зачем». Зачем нужны. И Вы вправе, конечно, воскликнуть: «Дружище, зачем ты мне несёшь эту пургу о жизни? Будто твой вопрос что-то меняет, будто ты вправе принимать решения о том, какой быть этой жизни. Обо всём этом уже всё сказали и написали тысячи томов Великие умы человечества». И Вы, конечно, будете правы.

Вот только, кто эти Великие и почему они стали такими? И я отвечу и Вам, и себе: «Они Великие потому, что не боятся погружаться в глубины этого океана под названием «Жизнь», туда, где обычный обыватель никогда не будет и не сунет свой нос в кромешную тьму глубин, где всех нас поджидают наши монстры». И да, печальна их участь, ибо за всё в этом мире есть плата. Погрузился в глубины? Увидел, соприкоснулся с монстрами? Теперь живи с ними в своей душе! Терпи и живи. Те, кто погрузился, озадачены этим вопросом лишь до погружения, потом он им становится не интересен. Потом, обычно, или фатальный финал, или лечение у специалиста по монстрам, который, как правило, сам туда не погружался, а исследует этот мир, как следопыт в пустыне, по отпечаткам, по интуиции. Забавно это всё. Очень забавно.

Я отложил книгу и внимательно посмотрел на говорившего, некоторое время назад присевшего рядом на скамью. Лохматый, седовласый, с всклоченной бородой, неопрятно одетый человек. Он не смотрел на меня, а лишь разглядывал прогуливающихся по осеннему парку. И было непонятно – ко мне ли он обращался, привлекая к себе внимание и приглашая в беседу, или же это лишь мысли вслух, и ему не нужны собеседники. Я уже собрался вернуться к прерванному чтению, когда он, повернувшись ко мне, окинул взглядом светлых глаз и произнёс:

— Разве Вы не согласны со мной? Вот Вы читаете книгу с красноречивым названием «Жизнь после смерти», но даст ли она понимание – что есть жизнь? Всем понятно, что есть смерть, но никто из живущих не знает, что есть жизнь.

— Ну эта книга, собственно, не о жизни как таковой, а о том, есть ли будущее для нас после смерти. А что касается Ваших рассуждений о смысле жизни, — я сделал небольшую паузу, тщательно подбирая слова, — то для многих людей смысл жизни может заключаться в семье, в друзьях, в работе, в путешествиях или саморазвитии, в творчестве, наконец. Таким образом, смысл жизни – это глубоко личное понятие, которое каждый человек определяет самостоятельно, исходя из своих убеждений и целей.

Мой собеседник радостно заёрзал на скамье, в его глазах неожиданно для меня вспыхнули искры смеха или иронии:

— То есть, Ваш ответ, мой невольный собеседник, можно перевести так: «Верь, во что хочешь, и это будет твоим смыслом жизни»? Да-с… печально. Этак любой забулдыга, горе-человек, может сказать, что он исследует глубины разрушения личной жизни и через это разрушение постигает её величие!

Он радостно хлопнул в ладоши и, будто входя в азарт, воскликнул:

– То есть любой филателист может заявить, что его жизнь – собирательство красивостей полиграфических! А другой считает, что его жизнь – это собирательство казначейских билетов. Замечательно! Ну, очень замечательно! И так знакомо.

— Мой ответ на вопрос о смысле жизни был скорее приглашением задуматься над собственной философией и ценностями каждого отдельного человека. Вопрос смысла жизни действительно глубоко личный и индивидуальный, и каждый находит собственный путь к пониманию. Кто-то видит свой смысл жизни в служении людям, кто-то в творчестве, кто-то в познании и защите мира вокруг себя. Важно помнить, что жизнь полна возможностей для самовыражения и саморазвития, и именно наши выборы определяют восприятие смысла существования.

— Ну уж нет, дружище! Это не смысл, а лишь какое-то надсмыслие. Как вершина айсберга, ещё не айсберг! Мы не знаем, зачем живём здесь. А наполнять несущественными смыслами пустоту и неведение можно сколько угодно. Смыл от этого всё равно не появится, лишь позволит скоротать время в ожидании своего поезда. То, о чём говорите Вы, – это вокзал, зал ожидания. Но когда мы коротаем время на вокзале, мы знаем, кто мы и откуда! Куда едем и зачем. Здесь же – туман…

Он замолчал и посмотрел на меня торжествующе сверху вниз, будто подчёркивая ничтожность и моих слов, и моей жизни. Я молча пожал плечами и продолжил своё, прерванное этим странным человеком, чтение.

— Вон… посмотрите на ту пару божьих одуванчиков… — не унимался мой сосед по парковой скамье.

Я посмотрел в указанном направлении. По аллее шла седовласая пара. Он – крупный, плотного телосложения, прихрамывал, опираясь на трость, и был несколько угрюм. Она – маленькая и сухонькая старушка, шла легко, держа партнёра под руку и оживлённо что-то ему рассказывала. Оба были в лёгких плащах, он – в тёмно-сером, она – в бежевом. Мне подумалось, что она, верно, учитель.

— Вот если их спросить о смысле жизни, то, наверняка, услышим что-то вроде: «Посадить дерево, построить дом, родить сына или воспитать внуков». Этот их смысл, точно такой же, как под копирку, как у многих и многих сотен тысяч или миллионов живущих…

— И что в этом плохого? Я вам только что об этом и говорил. Мы сами наполняем жизнь смыслами. И это лучше, чем копаться в том, что не понять. Вряд ли рыбы, плавая в воде, осознают свою среду – они просто живут. Охотятся, размножаются, поддерживая устойчивость своего вида — некая автономная жизнь, а смысл этой автономной жизни за гранью нашего осознания. Мы же не бароны Мюнхгаузены, чтобы вытаскивать себя за волосы из болота! Философы и мыслители предлагали разные подходы к этому вопросу. Например, экзистенциалисты, такие как Жан-Поль Сартр и Альберт Камю, утверждали, что жизнь сама по себе бессмысленна, и именно человек создаёт свою собственную цель и значение. Другие же, как Мартин Хайдеггер, подчёркивали важность бытия в мире и аутентичного существования. Вместо того, чтобы искать готовый ответ, важно исследовать собственные желания, ценности и стремления, чтобы создать собственный смысл. Я ответил вам на ваш вопрос?

— Нет! Всё, что вы сейчас сказали, – это абсурд и бессмыслица! Много слов ни о чём. Но я не удивлён. Чему удивляться в мире, где люди гордятся своей внешностью или своим следованием за программным, гормональным предписанием? Нечему. Мир людей полон глупых иллюзий и абсурда. И ваши Сартр и Камю, говоря о бессмысленности жизни, верно забыли, что во Вселенной нет ничего случайного, и что вселенская система уравновешена, а, значит, случайности и бессмысленности — угроза стабильности! Понять смысл жизни без понимания, что есть Вселенная, невозможно… Я прав? Нет? А вот ваша трактовка жизни, с придуманными смыслами, создаёт среду для «идейных» – религиозных террористов и спецслужб, пытающих и убивающих ради идеи служения высшей цели, высшего блага. Это извращение. Ей-богу, это болезнь вашего слащавого общества, закрывающего глаза на диссонансы и верящего в нлп и трансерфинг реальности. Мир людей болен – в нём ненорма стала нормальным, идейным служением, оправдывающим все кары тем, кто выходит за рамки смыслов надуманных кучкой меньшинств. Я разочарован вашими ответами. Они как отписки чиновников – слов много, а ответа как не было, так и нет. Абсурд! Бессмыслица! Вот так мы и создаём аберрации вселенского смысла…

— О, как вы круто взяли! Миллионы людей, живущие индивидуальными смыслами, или коллективными, стали у вас болезнью обществ.

— Так и есть! Никогда количество не переходит в качество! Руда несёт в себе лишь малую долю полезного вещества. И надо бы культивировать всё, но нет же — у нас или идейные фанатики, или идейные, индивидуальные инфанты, оправдывающие своё бытие придуманными смыслами. Абсурд жизни! Одни гадают на картах, другие – на кофейной гуще, третьи – на внутренностях животных, или приносят живые жертвы своему божку! И воистину, их боги подобны им самим. Недаром, верно, Кришну наделяли шестнадцатью тысячами жён. И чем менее образован народ, тем он кровожадней и жесток. Проекции абсурда и философия абсурда! И это было бы ещё приемлемо, если бы не плодили горе и жестокость. Не взрывали и не побивали камнями. Если серые вороны убивают ворону альбиноса, это ещё как-то можно понять и оправдать чистотой вида, но казнь тех, кто смотрит не в ту, кому-то неугодную сторону – нельзя! И под всё это мы строим абсурдный философский фундамент. И самое страшное – у этой искусственности рождаются ярые поклонники, заблудшие души, идущие против гармоничного смысла Вселенной.

Я отложил книгу и, печально вздохнув, посмотрел в глаза своему навязчивому «собеседнику». За этим его словесным возбуждением и насмешкой над сущностью цивилизации скрывалась или душевная мука, или безумие. Безумия в глазах я не прочёл. И вновь попытался корректно и сдержанно, тщательно подбирая слова, дать ему свой ответ, обозначить своё виденье бытия:

— Вы поднимаете интересный и важный аспект философии и науки, касающийся взаимосвязи всего сущего и природы вселенной. Ваша точка зрения подчёркивает идею о том, что существование имеет глубокий порядок и гармонию, выраженную через законы физики и математики, что противоречит представлению о хаосе и случайности. Экзистенциалисты, такие, опять-таки, как Сартр и Камю, действительно рассматривали мир, как изначально абсурдный и лишённый предопределённого смысла. Они считали, что человеческая свобода является ключевым элементом нашего существования, позволяя нам создавать собственный смысл и ценности. Тем не менее, ваше утверждение о том, что понимание смысла жизни требует осознание структуры и порядка вселенной, также заслуживает внимания. Современные научные исследования в области космологии и квантовой механики показывают, что наша вселенная действительно подчиняется строгим законам и принципам, таким, как закон сохранения энергии и симметрия. Эти принципы создают основу для предсказуемости и упорядоченности, что может служить аргументом против абсолютной случайности и бессмысленности. Однако, даже если признать наличие универсального порядка, остаётся открытым вопрос о том, как этот порядок влияет на наше индивидуальное восприятие смысла жизни. Можно утверждать, что, хотя вселенная может иметь определённый порядок, каждый человек всё равно сталкивается с задачей интерпретации этого порядка и нахождения собственного места в нем. Таким образом, ваша позиция открывает новые перспективы для рассмотрения вопроса о смысле жизни, сочетая философские и научные взгляды. Это позволяет увидеть, что поиски смысла могут включать не только личные переживания и выборы, но и осознание глобальных закономерностей и принципов, управляющих нашим миром.

Я замолчал и увидел в глазах собеседника тоску. Он промолчал, отвернулся и стал вновь разглядывать прогуливающихся по осеннему парку. Погода была на удивление тёплой и благодушной. Скорее даже – лиричной, а никак не располагающей к философствованиям о смысли бытия человечества, хоть мой собеседник и пытался связать цивилизацию людей с общими смыслами и законами вселенной. Кто знает, может, мы – вирус этого мира, а, может, – программа подстройки особых вселенский потоков, формирующих новые законы, смыслы и идеи.

Странный человек встал и, не прощаясь, пошёл вглубь парка, распугивая своим неопрятным видом граждан, живущих здесь и сейчас, наслаждающихся теплом, что дарит всем нам наша звезда по имени Солнце, влекомая законами вселенной, и плывущая, как рыба в воде, в пространстве, нами непонятым, и путём, нам неведомым.

Поделиться: