Что показывают социальные сети во время массированных ночных прилётов на Петербург? Панику. Панику. И ещё раз панику. Что-нибудь ещё, кроме паники? Неадекватность поведения. Абсолютную неготовность людей принимать реальность войны. Примерно с двух ночи люди стали вываливать свои страхи в интернет. Часа в четыре утра одновременно и синхронно на разных ветках появились требования комментария «об обстановке» от губернатора. В 4 утра! На полном серьёзе… Попытка спастись от страха, желание поделиться страхом все эти ночные часы выражается в перекличке адресов. Люди, словно по команде, начинают писать о том, где именно они живут в Петербурге, а каком районе, где видели (слышали) летящий дрон, и где именно грохочет.

В этот момент никто, похоже, не думает, что пишущие таким образом облегчают работу целому сонму вражеских специалистов, отслеживающих эффективность и кучность ударов по стратегическим объектам Петербурга.
Немедленно слетевшие на эти «ветки обсуждения» поднаторевшие сетевые вурдалаки с Украины, грамотно раздувают страхи менее опытных испуганных петербуржцев и провоцируют тех писать подробности. И те взахлёб начинают их сообщать.
Сегодня и завтра все эти посты и реакции будут аккуратно собраны в «папочки» и лягут на стол заказчику в виде «отчётов о проделанной работе». Спасибо паникёрам.
Те, кого можно без преувеличения назвать «конченными», ещё ночью, по горячим следам начинают публиковать видео результатов ударов: горящие объекты и пролёты дронов над ночным городом.
То, что это однозначно работает на врага, похоже, совсем не волнует интернет-маньяков. У страха нет логики. Паника иррациональна. Так выглядит рефлексия войны. О госизмене никто не думает. Как и о том, что для хохлов и сбежавших за границу предателей такая паника петербуржцев в интернете — безусловный праздник. Это для них — оправдание их предательства и жалкого существования. Тем более, что Петербург — родной город Президента.
Зачем мы им всё это дарим?
Из-за страха. А страх не только от резкого и неприятного звука беспилотника, от взрывов и от хлопков ПВО. Страх — от недоверия всем и, прежде всего, — самому себе: сам факт того, что ты и твой дом для кого-то «цель», никак не влезает в голову.
Впрочем, прежде всего, испугавшиеся люди не доверяют власти. У них есть для этого все основания думать, что «не защитит», «опять обманет», «не скажет всей правды», «извлечёт выгоду».
И власти всё же придётся работать на свой авторитет, придётся перестать врать, забыть о выгоде и самосохранении. Власти придётся вести войну с врагом гораздо жёстче, не жалея ни Хельсинки, ни Таллина и, уж, конечно, Лондона. Почему-то уверен, что к ночной атаке на Петербург причастны и прибалты, и финны. А уж англичане давно выпрашивают если не «Орешник», то «Герань». Российской власти придётся учиться у иранцев. Разговорами про «красные линии» людей, не считающих русских за людей, не остановишь.
Уверен также, что удары по Петербургу обсуждались в эти дни в Лондоне, где как раз гостил их любимый ученик и выкормыш Зеленский.
Иранцы показали пример того, как выглядит «адекватный угрозе военный ответ». Единственное, но важное, что отличает иранскую ситуацию от нашей — там были убиты руководящие лидеры. Это и определило суровость их ответа. Иранцы, ведомые чувством справедливости, били туда, откуда для них исходила угроза. Откуда убивали их детей. И это проглотили все, включая США и Арабские Эмираты.
И ещё. Иранское общество гораздо более монолитно, чем российское. Мы ещё сочувствуем предателям и входим в положение «творческих власовцев», льющих на Россию и её лидера помои из-за бугра. Мы ещё не наигрались в «толерантность»…
По видимому, нашу власть должно тоже изрядно тряхануть, чтобы пробудить в ней «экзистенциальный страх»…
Чтобы люди в России так не боялись неопределённости, власти надо определённо себя вести, а не изображать «гуманизм» по отношению к тем, кто хочет нашей смерти…
Зато сколько в сетях надежды и комплиментов от испугавшихся паникёров в адрес ПВО-шников, тех, кто защищает небо!.. Тут и «родненькие», и «милые ребята», «дорогие вы наши», «на вас вся надежда»…
Так и есть.
Я всегда говорил, что рано или поздно народ начнёт любить свою армию. Пусть из-за страха, но начнёт. А вслед за армией он полюбит и тех, кто воспитает из мальчиков защитников — учителей и наставников… А вслед за учителями полюбит и мудрецов, которые давно уже говорят, что развращённое общество не способно себя защитить.
Так, глядишь, дело дойдёт и до уважения и защиты материнства и семьи, как основы Российского государства…
И вот тогда-то прекратятся пустые разговоры и начнётся настоящая жизнь, начнутся полезные перемены в нашем зажравшемся, равнодушном обществе. Война как раз для этого.
Не поздно ли начинать? Если честно, то поздновато. Но война будет напоминать всё чаще о том, что жить, как прежде, не получится. Пока, наконец, она на войдёт в каждый дом.
Хотел бы ошибаться, но боюсь, что я прав. Это единственное, чего я боюсь.