Книга известной калмыцкой поэтессы Татьяны Бадаковой, лауреата многих литературных премий и конкурсов, в том числе и астраханской премии имени Михаила Луконина, стала для меня памятным даром от автора в рамках юбилейных «Санджиевских чтений» в Элисте 11 сентября 2026 г. В этом году исполнилось бы 70 лет со дня рождения известного калмыцкого поэта Николая Джамбуловича Санджиева (1956–2020). Сборник стихотворений «Под вечным Тенгри» вышел в свет небольшим тиражом в издательс ком доме РИФМОГРАД С.В. Колганова в 2026 г. и сразу стал библиографической редкостью.

Стихотворения в сборнике обращаются к разным жанрам поэтического творчества: здесь любовь к Калмыкии, нежная лирика, стихотворения на религиозную тему. Особое место уделено родной семье и дому. Татьяна Ивановна путешествует как по свету, так и в своё прошлое; к родным и близким, к своим друзьям.

Крепка поэтическая связь Т.И. Бадаковой с российскими и калмыцкими поэтами. Благоговением к памяти пронизаны посвящения А.С. Пушкину:

От любезной калмычки – улыбку нежную,

Взор сегодня её уже вовсе не дик.

Благо дарят потомки душой безбрежною,

На века воспетые – «друг степей калмык»;

Марине Цветаевой:

Сердце сжалось. Но вдруг пружиной

Может вырваться. Ох, как боюсь!

На свиданье к тебе, любимой,

Словно молния в небе, стремлюсь;

национальному калмыцкому поэту Давиду Никитичу Кугультинову:

Я верю в предписание судьбы –

Поэтом завещанное: «Жить «Во имя…».

Твоя Вселенная – мелодия Степи,

Моя Вселенная – Давида имя.

Республика Калмыкия – это в основном безбрежные степи с оазисами немногочисленных населённых пунктов. И безусловной жемчужиной на этом полотне сверкает счастливая и влюблённая Элиста:

Сыплет снег на ладони, на лица,

И кружит с Элистой хоровод.

Что могло во Вселенной случиться?

Царством белым одáрен народ.

<…>

Сыплет снег… Или души влюблённых

К нам спешат, возвращая тепло?

Полюбуйся: ликует весь город!

Ода счастью. Любви торжество.

Калмыцкая степь – это открытое всем ветрам пространство, это полёт ветра, это запах трав, это реликтовая антилопа сайгак, образ которой Татьяна Ивановна связывает с древней и выносливой Калмыкией. Свобода родной земли и свобода животных неразрывны:

Былую тайну разгадать пытаясь,

Спасём от гибели мы их полёт!

Пока летит в степи сайгачья стая,

Свободным будет весь небесный свод.

Буддизм в Республике Калмыкия не только религия, но и философия, он является фундаментальной основой национальной идентичности, объединяет народ вокруг общей культуры, языка, исторической памяти:

Как мудра философия Будды!

Что даёт человеку шанс –

Сохранять в сложном мире будней

Ясный ум, тьмы и света баланс.

Бесконечны дороги к Истине,

Высшему разуму нет конца!

Не иссякнет родник вечной жизни –

Дети, Солнце, Земля, Небеса…

Тонкая пейзажная, атмосферная и медитативная, с глубокой внутренней философией, осенняя элегия «Бабье лето»¹ наследует Ф.И. Тютчеву и С.А. Есенину. Природа в этом стихотворении антропоморфна, знакомый мотив золотой осени избегает банальностей за счет необычного образа клоуна-дерева. Как и у Тютчева природа представлена в виде живого мыслящего организма, но, в отличие от Фёдора Ивановича, который показывает хаотичную и равнодушную к человеку стихию, Татьяна Ивановна очеловечивает свою природу, успокаивая её вальсом ветра.

Образ клёна мгновенно воскрешает в памяти «Клён ты мой опавший, клён заледенелый…» Сергея Александровича Есенина, ставший символом ушедшей молодости и гибели поэта. Но в «Бабьем лете» клён другой, в нём заключена мудрость и утешение Аавы (белого старца): «Не жалей о былом… Вовсе ты – не старик».

Три строфы стихотворения – три плана кинематографии Сергея Михайловича Эйзенштейна. Первая строфа – общий план – осень охвачена максимально возможно: «сезон листопада». Вторая строфа перемещает фокус повествования на одно конкретное дерево: «Друг мой клён». Третья строфа через образ осени-женщины объединяет всё стихотворение в единую картину красоты и нежности.

Очень интересно наблюдать как меняется позиция автора от строфы к строфе. Сначала мы видим простого созерцателя окружающей природы: «Встречаю сезон… Ветер закружит». Во второй строфе он уже собеседник: «Друг мой клён». После становится мыслителем, который не просто отстраняется от сада, но и выводит для нас универсальный закон бытия «Есть такая пора у природы…»

Главная эмоция стихотворения «Бабье лето» – светлая элегическая грусть. Здесь нет тоски или страха перед зимой. Татьяна Ивановна призывает: «Не жалей о былом». Увядание воспринимается не как конец, а как необходимая пауза перед обновлением («По весне зашумят вновь листочки»). Это придаёт стихотворению жизнеутверждающий заряд.

Тема семьи, родных и близких, домашнего очага – частая гостья в творчестве Т.И. Бадаковой. Гостеприимство и теплый приём; любовь к мужу, детям и внукам; боль о том, что друзья далеко или их больше нет наполняют стихотворения «За чашкой чая», «Сны-мечтания», «Детям», «Букет», «Дружба», «Памяти друзей»:

Доброго друга

В день осенний

Под шелест дуба

И роз цветенье

За чашкой чая

В тихий вечер

Я привечаю.

Вот так встреча!

«За чашкой чая»

А в осеннюю грустную ночь

Вспоминаю весну без печали.

Каждую зиму встречать не прочь

Вместе с тобою в каминном зале.

«Сны-мечтания»

«Два сыночка и лапочка-дочка», –

Как сказано метко, как сказано в точку!

Вы – вся моя жизнь до краёв, до глоточка,

Два сыночка и лапочка-дочка.

«Детям»

Этот чудный человечек

Сам не ведает о том,

Сколько чувств в тот ясный вечер

В сердце всколыхнул моём.

«Букет»

Скорее бегите! Летите! Звоните!

Услышать голос с детства знакомый.

Сегодня любимых тепло обнимите.

Пока можно прижаться к плечу родному.

«Памяти друзей»

В своих стихах Татьяна Ивановна часто обращается к своей маме. Для автора мама самый родной и близкий человек, связующая нить с прошлыми поколениями, с родовой памятью. Образ матери особенно живой и любимый, она оберегает свою дочь от жизненных невзгод и незримым ангелом-хранителем всегда рядом («Ангел мой, / Крылья твои у меня за спиной. / Образ твой / Светит в ночи путеводной звездой.»).

В том родимом апреле

Моя мама молила бога

День добрее и ночь милее

Для пути на свет моего.

«Весна 53-го»

Мама, я знаю, наступит весна,

И край мы увидим полынный.

Мамочка, верю твоим словам:

Степные просторы красивы.

«Истоки»

Пожелтевший лист тетрадный,

Выцвели слегка чернила.

Мамино письмо – отрада,

Весточка из жизни милой.

«Письмо издалека»

…Молчу и стою…

Внутри всё застыло…

Наш дом, как тебя я любою!

Но эту калитку

Я всё же не открыла –

Не выдержит сердце, боюсь…

Там бабушка, мама,

Тепло так и мило.

Пусть будет не тронут покой!

Погладив заборчик,

В душе помолилась

За всё, что роднит нас с тобой.

«Здравствуй и прощай»

Это очень светлая и искренняя книга, которая читается на одном дыхании. Автору прекрасно удаётся говорить о сложных чувствах простыми словами, которые трогают до глубины души. После прочтения остаётся приятное чувство тепла, и многие строчки хочется перечитывать вновь и вновь.

БАБЬЕ ЛЕТО

С затаённой грустинкой

Встречаю сезон листопада.

Бабьим летом не зря

Величают багрянца порý.

И легко паутинку

В тиши живописного сада

Ветер в вальсе огня

Закружит на осеннем балу.

Друг мой клён под окном,

Словно клоун, грустит в одиночку,

Сбросив рыжий парик

На прощальном спектакле своём.

Не жалей о былом.

По весне зашумят вновь листочки.

Вовсе ты – не старик,

Помечтай под осенним крылом.

Есть такая пора

У природы – любви откровенье:

Красоту напоказ,

Мол, любуйтесь, щедра без затей!

Осень – женщина.

Очарует и на мгновенье

Без остатка отдаст

Нежность всю. Уловить лишь успей!

1Полный текст стихотворения приведён в конце статьи.