Помнится, ещё лет 20 назад основным инструментом общественно-политической дискуссии был текст. Тот или иной политик, писатель, журналист публиковался в том или ином СМИ, на худой конец — в каком-нибудь Живом Журнале, а после на его статью откликались уже другие деятели с критикой или поддержкой. Особо даровитые издавали брошюры или книги, которые находили своего читателя из тех, что были ещё не с клиповым мышлением. Так собственно было и сто, и двести лет назад, только без интернета.
Когда-то в политику меня привела прохановская газета «Завтра». В 90-е она была боевая, революционная. И поскольку интернета тогда не было, а по телевизору, как и сегодня, было одно враньё, то еженедельной отдушиной для меня была именно она. Через газету открыл для себя великое множество самых разных писателей, философов, мыслителей: и русских, и зарубежных. А у тех авторов узнал про других. Книги не просто влияли на сознание, они его формировали.
Но, похоже, всё это ушло в прошлое. Теперь дискуссия ведётся посредством видеороликов. Всё упростилось. Сидит такая говорящая голова и вещает о чём-то вечном или мелочном, желательно, конечно, с ярким видеорядом, но бывает, что и без него. А потом головы заочно спорят друг с другом по поводу снятого и увиденного.
Вроде бы всё то же самое, что и было раньше, но…не то. Говорящие головы, возможно, не глупее, чем их пишущие предшественники. Бывает, что это вообще одни и те же люди. И они-то как раз книги читают или читали. А теперь, обладая некими знаниями, пытаются сложные вещи донести до масс в простой форме. Что в принципе логично: если люди в массе своей ушли в интернет, интеллектуалы уходят туда же. Но упрощённая форма подачи информации формирует и упрощённое восприятие. Прочитанная книга могла запомниться на всю жизнь. Она толкала на дальнейшее изучение затронутых в ней тем. Вслед за одной, художественной, следовала другая — допустим, публицистическая, потом научная и т.д. И уровень эрудиции человека непрерывно повышался. А видеоролик на богомерзком Ютубе… Ну не знаю… Эффект, конечно, может произвести. Но быстро забудется… Поглощённая через ролик информация носит фрагментарный характер, и знания, полученные человеком подобным образом, не складываются в систему.
Понимаю, что этот процесс не остановить. Книги и в целом печатный текст скоро станут развлечением динозавров. В то время, как более современные формы жизни найдут иные способы передачи и усвоения информации.
И всё же… «Пусть впереди большие перемены, я это никогда не полюблю».
Прочитал эссе «Говорящая голова». Автор с понятной тоской писателя смотрит на уходящие бумажные тексты, но мне кажется, он видит в прошлом чуть больше системности, чем там было на самом деле.
Он противопоставляет глубокую книгу фрагментарному ролику на YouTube. Но давайте будем честны: 20 лет назад полемика в том же Живом Журнале редко напоминала философский диспут. Это были такие же холивары, переходы на личности и борьба за лайки (в тогдашней системе рейтинга), просто оформленные буквами. Текст сам по себе не делает человека умнее — умнее его делает усилие, которое он прикладывает для понимания, независимо от носителя.
Автор пишет, что видеоинформация не складывается в систему. Да, если смотреть случайный мусор — не сложится. Но я подписан на несколько глубоких исторических и научно-популярных каналов, где часовая лекция со ссылками на источники дает куда более цельную картину мира, чем иные скороспелые книги-однодневки. Проблема не в формате говорящей головы, а в алгоритмах платформ, которые подсовывают нам шортсы вместо лонгридов, потому что так выгоднее удерживать внимание. Сами спикеры часто читают те самые книги, о которых тоскует автор, и просто переводят сложный текст на язык наглядных схем. В этом смысле мы действительно вернулись к античным агоре или средневековому университету, где знание передавалось из уст в уста. Только теперь площадь стала глобальной, а глашатай может вещать на миллион человек одновременно. И у слушателя всё ещё есть выбор: дослушать эту речь до конца ради системы знаний или свайпнуть через три секунды.
Когда-то Сократ вообще презирал письменность, считая, что она ослабит память людей и убьет живой диалог. Наверное, спустя пару веков кто-то точно так же ворчал на первых переписчиков книг: мол, раньше ученик сидел у ног учителя и впитывал мудрость напрямую, а теперь прячется за папирусом. Печатный станок Гутенберга тоже называли дьявольской машиной, плодящей ересь и лишающей проповедь сакральности. Каждая новая технология вызывала этот страх упрощения. Автор эссе сегодня выступает в роли такого вот хранителя печатного станка.
Я согласен: клиповое мышление — реальная проблема. Мозг дичает, когда его кормят только жвачкой из коротких видео. Но виноваты в этом не сами ролики. Мы разучились выстраивать фильтры. Свобода информации обернулась инфантильным потреблением. Вместо того чтобы собрать свой «читательский билет» из проверенных видеолекций и длинных статей, большинство выбирает то, что проще переварить на ходу.
Так что дело не в смерти текста. Умный читатель просто стал умным зрителем, который нажимает паузу, открывает прикрепленную под роликом статью или книгу и проверяет слова «говорящей головы». А дурак… ну, он и двести лет назад читал третьесортные бульварные романы, принимая их за великую литературу. Формат изменился, а суть осталась прежней.