103 года назад на рязанской земле родился замечательный русский писатель и сценарист, лауреат Государственной премии СССР Борис Андреевич Можаев. Героями своих образно и увлекательно написанных книг он сделал своих современников — охотников, сплавщиков леса, колхозников, агрономов, художников, милиционеров и людей многих других профессий. Можаев предпочитал писать о сильных характерах, подчиняя в человеческом и политическом плане своё творчество отрицанию недемократических форм правления и призыву к жизни по совести. Имя писателя носит всероссийский литературный конкурс «Хозяин земли». В минувшем году его победителем в номинации «Публицистика» стал астраханский писатель Юрий Щербаков.
Борис Можаев родился 1 июня 1923 года в селе Пителино Рязанской губернии в семье крестьян. Его семья добывала себе хлеб крестьянским трудом, и Можаев с детства привык к радостям и тяготам сельской жизни. Яркой вспышкой в памяти Бориса остались крестьянские восстания, охватившие деревни после коллективизации. Он вспоминал, как в могильной тишине уводили колонной «бунтарей-вредителей». Многодетную семью Можаевых в кулаки не определили, хотя хозяйство они имели крепкое. Отец Андрей Иванович в колхоз идти отказался, заработав клеймо единоличника, а впоследствии став «врагом народа». Отца отправили в ссылку, и на попечении матери осталось пятеро детей, но она справилась, всех вывела в люди. Несмотря на погруженность в заботы о хозяйстве, Борис отличался тягой к учению. Окончил Потапьевскую среднюю школу, и к 17 годам из него уже вышел готовый сельский учитель.
Можаев мечтал получить высшее образование, но сыну «врага народа» попасть в институт было непросто. В 1940 году, окончив школу, поступил на кораблестроительный факультет института инженеров водного транспорта (Горький).
В сентябре 1941 года был мобилизован Письмянским районным военкоматом Татарской АССР, проходил службу в рядах 650-го стрелкового полка и 113-й отдельной стрелковой бригады, награждён медалями «За боевые заслуги», «За победу над Германией», Орденом Отечественной войны II степени. Служил в армии до 1954 года. В 1948 году окончил Высшее инженерно-техническое училище ВМФ в Ленинграде. Будучи курсантом, посещал лекции на филологическом факультете Ленинградского университета. Проходил службу на флоте военным инженером в Порт-Артуре, Владивостоке. После демобилизации стал дальневосточным собственным корреспондентом «Строительной газеты», впоследствии работал в «Известиях». Его статьи постоянно публиковали в журналах и газетах.
Борис Можаев в своей автобиографии писал:
«Родился я в 1923 году, первого июня (на Духов день) в селе Пителине Пителинского района Рязанской области. Отец мой до революции служил на пароходе, как и деды мои, но все они крестьянского рода. Дед по отцу Можаев Иван Зиновьевич был астраханским лоцманом, ещё в прошлом веке водил суда по знаменитому каналу из Волги в Каспий. Роднёй я был богат — братьев и сестёр было пятеро, а двоюродных, троюродных не перечтёшь. Только по отцовской линии имел трёх тёток и пять дядьев. С одним из них, с Николаем Ивановичем Можаевым, ушёл на войну в 1941 году, в сентябре месяце: «В кругу скупых на слёзы, ласку; в кругу семей своих, мешок наклали под завязку нам с дядей на двоих. И древней Муромской дорогой пошли мы, млад и стар…»
А всего от Можаевых, то бишь родственников из нашего села, воевало в эту войну шесть человек. Столько же пителинских Можаевых воевало в Первую мировую войну. И вот чудо — хоть и раненые, но все возвращались. У дяди Михаила шинель была прострелена в трёх местах. Двоюродный брат мой Можаев Иван был ранен осколком снаряда в голову. И поправился… Работал будь здоров! А ежели напьётся, то, куражась, спорит: «Клади яйцо на голову — не упадёт!»
На темени кость выбита — впадина. И действительно яйцо не падало с головы. «Иван, что ж ты врачей не просил, чтоб заделали тебе эту ямину?» — «Да глупые они. Давай, говорят, ребро у тебя вынем и залатаем голову!» — «И ты отказался?» — «Ну? Чудак-человек! Как же без ребра-то жить?»
Словом, по отцу родня моя весёлая. И по матери родственники мои не скучали… Дед, Песцов Василий Трофимович, и старший дядя были моряками. Дед — активный участник революции 1905 года, служил на Чёрном море. После революции скрывался два с лишним года. По амнистии в 1908 году вернулся в родное село Мичилы, где не был двадцать пять лет. Привёз со станции десятка полтора чемоданов, саквояжей, баулов. Бабка думала: «Добра-то сколько! Носить теперь не токмо нам — детям и внукам не переносить…»
Стали открывать эти чемоданы да саквояжи — а там одни книги. Он всю библиотеку партячейки привёз. Я помню эти книги в доме деда… Неспокойный был человек — он и умер в пути. Решил, что революция в Москве да Питере не так сделана. В начале восемнадцатого года поехал в Москву, чтобы доказать кому следует: «Не так делаем!» Да поездка не удалась… Поезда остановились. «ВИКЖЕЛЬ» забастовал. А тут тиф. Дед заболел тифом и пролежал на какой-то станции. Привезли его домой еле живого… Умер от революции.
А дядя мой — Песцов Павел Васильевич, штурман корабля (он окончил Нобелевское училище в 1912 году), поздней осенью 1918 года на своём пароходе пришёл из Каспия в Казанский затон. И там погиб в марте-апреле 1918 года.
Эта — моя близкая родословная. Но ежели заглянуть чуть подальше, то вот ещё что могу сказать: все Можаевы из Пителина, т.е. моего родного села, — родственники. Пращур мой Максим Коротков был участником первой Отечественной войны; после Бородинского сражения остался в отряде Воейкова, прикрывавшем под Можайском отходившую армию Кутузова от наседавших французов. Отличившимся в этом бою (их было человек 20, по рассказам предков моих) дарована была фамилия Можаевых. В наш Елатомский уезд (по тогдашнему делению) с войны вернулось двое Можаевых. Одна фамилия зачахла, а наша, от Максима Короткова, размножилась…
Вот вам моя родословная.
После окончания средней школы я поступил в ГИИВТ (Горьковский институт инженеров водного транспорта) на кораблестроительный факультет. Это было в 1940 году. Осенью по высокому указу всех студентов лишили стипендии и ввели плату за обучение — 150 рублей в год. Тогда это были деньги. Несколько месяцев (до зимы) я ухитрялся после учёбы подрабатывать на пристани при разгрузке пароходов. Но наступила зима, Волга замёрла… И я взял из института отпускную с правом возвращения на 1-й курс после окончания предстоящей мне службы в Вооружённых Силах.
А там война… В конце 1943 года просматривалась уже грядущая победа, и нас, призванных их институтов, направляли на офицерские курсы и даже в высшие военно-морские училища. Вот так я и попал в Высшее инженерно-техническое училище ВМС. Окончил я его в конце 1948 года и был направлен на Тихоокеанский флот в звании инженер-лейтенанта. После смерти Сталина с флота ушёл в литературу. С той поры так и занимаюсь этим делом. Правда, окончил ещё двухгодичные Высшие сценарные курсы. Писал и стихи, и прозу, и комедии, и сценарии. И, конечно же, занимался публицистикой, критикой и пр. Выпустил в свет много книг, кинофильмов…»
Публикуется с 1949 года. В 1954 году вышел первый рассказ, в 1955-м — первая книга стихов «Зори над океаном». С 1956 года публикуется в центральной печати (повести «Наледь», «Саня», «Полюшко-поле»). В 1960-х годах написал очерки о сельской жизни «Земля ждёт» (1961), «Земля и руки» и «Эксперименты на земле» (1964).
Славу принес Можаеву «Живой» («Из жизни Фёдора Кузькина») – повесть, на свой страх и риск опубликованная в «Новом мире» Твардовским. «Первым правозащитником» назовут потом беспаспортного колхозника Кузькина по прозвищу Живой, что сумеет бросить вызов властям предержащим и добиться-таки отмены своего рабского положения ещё до хрущёвской «вольной». Любимов поставил по «Живому» на Таганке спектакль, который в 1969 году запретила Е. А. Фурцева. Этот спектакль зрители увидели только через долгих двадцать лет…
Напишет он и о городском провинциальном житье-бытье — про то, как простой обыватель, «зубной техник и член домкома» по фамилии Полубояринов по почти анекдотическому поводу вступит в схватку со всемогущей бюрократией местного розлива; эта повесть-шутка «Полтора квадратных метра» возмутит тов. Андропова (интересовались литературой тогда наши вожди, ничего не скажешь!) и вызовет его гневное вопрошение «де, мол, долго ли будет этот писатель глумиться над нашей действительностью!..»
Просто удивительно, как прошла тогда в печать «История села Брёхова, писанная Петром Афанасиевичем Булкиным» — где вся советская история колхозного крестьянства будет преподнесена в ключе уже даже не сатирическом — комедийном, так что все драмы и трагедии предстанут действами прежде всего фантастически нелепыми, каковыми в первую голову и являлись…
В 1976 году вышло самое известное произведение писателя — роман «Мужики и бабы». Действие романа, так же как и некоторых других произведений писателя, происходит в (вымышленном) Тихановском районе Рязанской области. «Классовый подход» осмыслен как национальная трагедия. Председатель райисполкома Возвышаев видит в каждом грамотном хозяине «зажиточного элемента»; ему проще всех уравнять, чем разобраться, откуда берётся достаток в крестьянской семье. Можаев отдал дань памяти русской деревне, которой сломали хребет большевики, тем сгинувшим в колымских лагерях безымянным мужикам и бабам, на которых стояла Русь.
Читатель может окунуться в стихию «Мужиков и баб», со всей их полифонией, «крестьянским хором», нескончаемым диалогом безымянных персонажей из толпы или залов собраний, с байками, хохмами, анекдотами, песнями, поговорками, ритуалами, обычаями, драгоценными приметами времени… Осознать, как всё с тех пор оскудело и измельчало, чего мы теперь лишены (нет, — чего нас лишили!). А потом взять незаконченного автобиографического «Изгоя» и с горечью догадаться, что отец главного героя, сгинувший в лагере на Дальнем Востоке (тот уже заброшенный лагерь хоть одним глазком мечтает увидеть сын), — это и есть один из центральных персонажей «Мужиков и баб», незабвенный Андрей Иванович Бородин, прототип отца Можаева. Стало быть, уцелевшему в описанном мятеже на Рязанщине — не уцелеть после, в тридцатые…
Раздавлен безжалостной историей Можаев-старший, но есть зато его образ в литературе, запомнился, как запомнились и Фёдор Кузькин, и старица Прошкина, и Булкин, и Полубояринов, и другие разнообразные персонажи — свидетели и свидетельства великой и ужасной эпохи. Остались, к счастью, нам на память.
Но имеется ещё, отметим напоследок, и литературный образ самого их создателя — Бориса Андреевича Можаева. И не об «Изгое» тут речь — речь уже о солженицынском «Красном колесе», где с него списан главный крестьянский герой эпопеи – Арсений Благодарёв. В 1980-х годах опубликованы сборники «Дождь будет» (роман, повести и рассказы), «Надо ли вспоминать старое?» (очерки, эссе, повести и рассказы).
В 1989—1990 годах в издательстве «Художественная литература» вышло четырёхтомное собрание сочинений писателя.
В последние годы жизни Можаев работал над романом «Изгой», закончить который не успел (первая книга романа опубликована в журнале «Наш современник», № 2, 3 за 1993 год). События романа происходят на Дальнем Востоке в конце 1950-х годов, в его центре судьба военного инженера, затем журналиста Сергея Бородина, сына Андрея Бородина из романа «Мужики и бабы».
Произведения писателя переведены на иностранные языки. По его сценариям сняты художественные фильмы «Хозяин тайги», «Зелёный дом», «Зинка», «Пропажа свидетеля», «Предварительное расследование», «В распутицу», «Вам что, наша власть не нравится?!» (По повести Бориса Можаева «Полтора квадратных метра»), «Из жизни Фёдора Кузькина», «Мужики и бабы».
До самой смерти Можаев продолжал много работать, путешествовал, наблюдая за изменениями, которые происходили с его родиной. География его перемещений была обширна — от Дальнего Востока до Крыма.
В память о Можаеве остались его произведения, полные света, добра, сострадания и любви к русскому народу.