21 октября – день рождения астраханской поэтессы, члена Союза писателей России Ольги Марковой. С днём рождения, Ольга Александровна! Новых творческих удач!

ОЛЬГА МАРКОВА

* * *

Городская духота,

Человечья глухота

Злят и бесят до предела.

Есть граждАне хоть куда,

Их позиция проста:

«Лишь бы к нам не прилетело…»

Славно жрут и сладко пьют,

День за днём баклуши бьют

На своём рабочем месте.

Их за шкирки потрясти,

Увольненьем потрясти,

Чтоб нарушить равновесье?

Чтоб увидели они,

Как сквозь сумрачные дни

Вновь, от края и до края,

Сквозь бои и смерти тлен

Поднимается с колен

Вечная страна, живая…

Не банкиров-лихачей,

Не трибунов-трепачей,

Не блатного кума-брата,

А страна кручинных вдов,

Взрывом вырванных домов

Да российского солдата.

Бесов мы загоним в гроб.

И чиновник-остолоп,

Циркуляров смерд ретивый

Станет швыдко понимать,

Что нельзя Россию-мать

Пользовать и в хвост, и в гриву…

НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА

Небо из синего ситца

Стайкой прошили синицы,

Радуясь спавшей жаре.

А первоклассников стайки

Мчатся с мячом по лужайке,

Радуясь школьной поре.

В эти сентябрьские сроки

Не задаются уроки:

«Пусть пообвыкнут пока…»

А коли станут постарше,+

Гимн и военные марши

Выучат наверняка.

Жизнь — самый строгий учитель,

Ближних на классы делитель,

Преумножитель обид.

Будущность не за горами:

«Стройсь все в шеренги рядами!..» —

Рявкнет седой замполит.

Ну а сейчас — школа, детство,

Друг, что живёт по соседству,

Дедушкин старый айфон.

Тыла простые законы,

Редкие сводки о дронах,

Да на кладбищенских склонах

Карканье серых ворон.

ГОРНИЙ СВЕТ

В полуночь небо августа черно:

Ни звёздочки, ни спутника, ни дрона.

Спросонья хрипло каркнула ворона,

Уснувшая на ветке, где окно.

Во двор гляжу — не вижу ничего.

Хотя бы зга — но я и зги не вижу.

Плывут во тьме над мира ветхой крышей

Чернейшие воители его.

Где Месяц, август? Кто его украл?

Кто обернул во мрак моря и веси?

Чьи кони всхрапывают в поднебесье?

Да не молчи, ответь — кто правит бал?

Лишь тишина и сердца перестук.

Смятение, бессонница, остуда…

Но вдруг явилась звёздочка, как чудо,

Отринув темноты порочный круг.

Её лучи — свет горнего огня,

Путеводитель в жизни быстротечной.

И губы шепчут: лейся мне на плечи…

Пребудь со мной… не покидай меня…

* * *

Осенние трели синиц и щеглов

Нисколько весенних не хуже.

Сентябрь «душа нараспашку» готов

Скакать босиком через лужи.

Пока ещё ночи так пряно свежи,

Кузнечики так музыкальны,

Что нет на душе ни печали, ни лжи,

Ни голоса труб поминальных.

Деревья ветвями полощут судьбы

Небесно-златую тряпицу.

Легко предаваться безумству гульбы,

Ощупывать ангелов лица,

Бродить по прокуренным старым дворам,

Взирать на болтливых соседок,

И знать, что вот этот беспечный бедлам

Истает в ближайшую среду .

* * *

Попрохладнело южным вечером,

Стал пронзительней ветерок.

Это осень звенит бубенчиком –

Репетирует голосок.

Может, просто проблемы с нервами?

Что так слякотно на душе?

Это осени слёзы первые

В росных травах скользят уже.

Неоправданно и придирчиво

Дни цепляя за свой подол,

Осень в лисьей горжетке вычурной

В сердце лета вбивает кол.

Провернёт — и вздохнёт, притворщица:

«Сам довёл себя до беды»…

Но петляют в продрогшей рощице

Лета раненого следы.

* * *

Вновь лето уходить не хочет,

Имеет элегантный вид.

С утра над осенью хохочет,

Под вечер старчески брюзжит.

Но не сдаёт своих позиций,

Как «прежней выучки солдат»,

Всем людям, облакам и птицам

Сулит цветущий дивный сад

Без ветра стылого и злого,

Без беспросветного дождя,

И верит в прежние основы,

Тайком за осенью следя.

А осень лисьей шубкой вьётся,

И ластится к его плечу.

Она над летом не смеётся,

Хватает ей своих причуд.

Она, хитрушка, точно знает,

Когда все сроки подойдут.

Ну а пока ещё играет,

а птицы весело поют.

Ну а пока ещё неявно

Трава желтеет, сырость злит,

Лишь тополь – ирод окаянный –

Прощально кроной шелестит.

ПЕРЕГРЕВ

Заоконный мир хрупок и прозрачен.

Выйдешь подышать — попадёшь в туман.

На моей Земле нет важней задачи,

Чем нейросетей мутный океан.

Вроде бы никто, и никем не видим

Пробивной ИИ — матрицы факир.

Шутит кое-как, слишком много видит

Не имея глаз, смыслу вопреки.

«Виртуальный транс — разве это плохо?» –

Проворчит в ответ геймер молодой.

Больше в нас чего — Босха или Бога?

Или всё давно мерзость и отстой?

Прилети за мной, неземная птица:

Золотой орёл, серый журавель.

Надоели мне скомканные лица,

Суетные дни, скорбная постель.

Унеси меня далеко-далёко:

В море-окиян, в тундру и тайгу.

Чтоб жило во мне ощущенье Бога,

И крылатый конь пасся на лугу.

МАРИНЕ ПАРЕНСКОЙ

Вот женщина, на удивленье вешняя,

Навстречу мне по улице спешит.

О, это же Мариночка Паренская

Свои дела пробежками вершит.

У журналистов выправка особая.

Она под стать их острому перу.

Здесь «Прибаутки из маршрутки» собраны,

Там — интервью берётся поутру.

А за её спиною — стайкой птичьей

Парит под небом книжный хоровод.

В нём кот Серёжа, мальчик электрический,

Соседей неуёмных целый взвод…

Прекрасные и добрые творения.

Их почитаешь — и долой тоска.

И просятся в моё стихотворение

Марина, книги, жизнь и облака…

ДИНЕ НЕМИРОВСКОЙ

Девчонка с шевелюрой Дэвис,

На жизнь азартную надеясь

Средь поэтических стихий,

Ни шторма не боясь, ни мелей,

Читала царственной Нинели

Свои упрямые стихи.

В них всё искрилось, пело, жило…

От них не надрывались жилы.

Они, как нежные цветы,

Дарили всех любовью первой,

Ещё — надеждою и верой,

И окрылением мечты.

Мы оглянуться не успели,

Как наши годы пролетели,

Но, все стихии поборов,

Стихи от Дины — жгут и лечат,

Как прежде, нас влекут на Вече,

Звоня колоколами встречи

Среди обветренных дворов.

ПАМЯТИ МОЕГО ОТЦА ПИСАТЕЛЯ А. С. МАРКОВА

Ускользающего времени

Полустёртые черты.

Так легко и своевременно

Описать их взялся ты.

Дневниковыми страницами

Дни и годы шелестят:

Это вещими синицами

Переполнен райский сад.

Это к нам спешат из прошлого

Все ушедшие друзья,

И бредут по бездорожию

Вольнодумцы и князья.

Ты писал про долю русскую:

С кем встречался… С кем дружил…

Как для Шукшина экскурсию

В древней крепости вершил.

И в калейдоскопе радостных,

А подчас, тяжёлых лет,

Находил загадки разные

И являл на божий свет.

А перо твоё нетленное,

Летописное перо

Все былые откровения

От забвенья сберегло…